Магия тёмная и загадочная

– Неужели ваш отец не справится сам?

Странно, что она не видела его за завтраком.

– Сегодня утром он уехал, – ответил Гай. – Чинит чьи-то большие часы на другом конце города.

– Что ж, я умею обращаться с архивами. Это не займет много времени, – сказала Кэтрин. – По крайней мере, попробовать стоит.

Зайдя внутрь, она кивнула встретившимся сотрудникам. Не останавливаясь, чтобы поговорить, девушка провела юношу вверх по лестнице до четвертого этажа. В этом месте, вдали от грохота типографских работ, было спокойно и царила почти полная тишина.

Архив находился в задней части здания: это было длинное помещение, заполненное столами и шкафами, старыми гравюрами и файлами, отданными на хранение. У типографии словно был собственный морг.

Окна здесь были перепачканы сажей и грязью, а серое утро могло предложить лишь слабый свет. Кэтрин принялась зажигать лампы, знакомое занятие ослабило узел беспокойства внутри нее.

– Ничего страшного, что мы здесь? – спросил Оуэн.

Она обернулась. Он стоял рядом с одним из столов у двери, как будто слишком нервничал, чтобы шагнуть дальше в комнату.

Гай тем временем уже внимательно рассматривал шкафы, маркированные ящики с их латунными ручками, царапины на деревянной отделке. Он подергал один из ящиков; дерево вздулось, ящик застревал, и Гай поморщился от царапающего звука, который тот издал, открывшись.

– Ничего. «Хроникл» хранят архивы с момента своего создания, лет за десять до вашей смерти или около того, – сказала Кэтрин, оглядываясь на Оуэна.

 – У нас бывает много посетителей, желающих просмотреть старые записи.

Гай надел очки и пролистал содержимое ящика.

– Поделим года между собой? Мы можем начать работу с документов, напечатанных двадцать лет назад.

– Это разумно. – Кэтрин взглянула на Оуэна: – Мистер Смит?

Он оторвался от стола и пошел через комнату, его лицо было пепельно-серым, глаза сияли, как монеты.

– Вам необязательно смотреть самим, если не хочется, – сказала Кэтрин переживая.

– Нет, – пробормотал он.

 – Вам с мистером Ноланом понадобится гораздо больше времени, чтобы разобрать все это. Вы уже так много сделали для меня – я искренне благодарен.

Кэтрин закусила губу. Ее сразу охватили жалость и страх, что они ничего не найдут: ни некролог Оуэна, ни часы. Девушка приложила кончики пальцев к ящику шкафа, открыла его, и наружу вылетело облако пыли.

Они сложили бумаги на столе и начали тщательно их просматривать. Бумаги были разложены по неделям, месяцам, годам.