Дитя Дьявола

Но всё же, эту статью писал именно я. Вдобавок, ты отказался от интервью, как бы по-дружески. По человечески. Будь на моём месте незнакомый репортёр, возможно, ты б не стал отказываться.

– Прекрати уже, а? – недовольно заворчал хозяин замка. – Сколько можно? Сказал ведь, я не сержусь на газетную писанину. Да и ты тем более, сейчас извинился и всё объяснил. А у меня нет причин тебе не верить. Так что, закрыли сию тему.

После таких слов Михаэлю стало так хорошо, так тепло и легко на душе, точно он вернулся в родной дом, где его ждут, любят и всегда поймут.

После недавнего принудительного отцовства и игнорирования шерифа, такая перемена чрезвычайно его радовала и он расслабился.

Ужин далее протекал легко и беззаботно, за приятной дружеской беседой. Вскоре к ним присоединился третий человек, для которого оставался на столе неиспользованный набор посуды. Им оказался молодой священник, которого немец повстречал в темнице. Сэмюель Кит, наконец, представил святого отца радушный барон.

– Сэмюель мне очень помогает, – рассказал Генри, с усмешкой посматривая на парня в рясе, смакующего красное вино.

 – Его молитвы иногда просто неоценимы для Патрика. И хотя мои запасы вина кончаются чересчур быстро, я не могу представить, чтобы я делал без брата Кита. Ни капли злости в словах барона не прозвучало, скорее наоборот. Легкая ирония в адрес доброго друга. Священник демонстративно отодвинул от себя бокал с вином и потянулся за ножкой жареной куропатки.

– Как низко указывать человеку на его маленькие слабости, – тихо проворчал он, наигранно возмущаясь.

 – Один небольшой кубок пожалели для уставшего, отработавшего рабочий день священника.

Обиженный тон церковного человека показался журналисту настолько смешным, что он не удержался от смеха. Барон тоже захохотал за компанию. И лишь священник церемонно и благовоспитанно, как истинный аристократ, даже не улыбнулся, хотя в глазах плясали озорные огоньки. Короче, дружеский ужин удался, сопровождаясь шутками, интересными рассказами и немалым количеством вина от которого все трое изрядно опьянели и расслабились.

Михаэль позабыл обо всех своих проблемах и заботах, подобрел, потеряв всякую осторожность, и решил признаться перед «настоящими друзьям», коими ему показались двое сотрапезников.

– Как дела у Патрика? – сперва участливо спросил он.

Барон лишь неуверенно пожал плечами и кивнул на Сэмюеля, тот культурно промокнул губы салфеткой и ответил:

– Без изменений.