Инстинкт марионетки

Инстинкт марионетки

Кельпи-Marrikka

Ещё одна из многочисленных вариаций нашей Вселенной. Другой мир, где насилие – это норма общества, понятие морали двойственно, а народ – подправленная штатным магистром безликая масса. Что толку от одного выпавшего винтика? Насколько прочна система?

– Что это там? – господин Толдон с ноткой тревоги вслушался в нарастающие несвязные выкрики и поспешил к окну.

На площади как будто бы ничего не изменилось: играла музыка, усиленный техникой девичий голосок натужно выводил незамысловатый прилипчивый мотив, в толпе пестрели флаги.

Уперевшись руками в массивный подоконник и свесившись вниз, посол, наконец, разглядел причину волнения. От подножия дворца к центру площади медленно шла группа из восьми человек. Пятеро дружинников, замкнув кольцо, конвоировали к концертному помосту немногочисленных пленных.

– Это зачем? – Арни Толдон недоумевающе повернулся к соратникам, успевшим присоединиться к просмотру. – Кто им разрешил?

– А кто им запретит? – лысоватый мужчина в кофейного цвета костюме, широкими шагами смерив комнату, вернулся в уже нагретое кресло.

 – Это ж наши защитники, герои, наша новая милиция.

Посол с опаской покосился на показательное шествие, застрявшее на подходе к сцене. Дружинники, видимо, раздумали тревожить артистов, удовлетворившись занятой позицией. На расступившемся пятачке троих мужчин со связанными за спиной руками поставили на колени, парой резких пощёчин объяснив, что головы поднимать не нужно.

– Их надо вернуть, – упрямо сжал губы господин Толдон. – Революция должна ассоциироваться с победой, свободой, праздником… Глумление над пленными может здорово испортить имидж и на внешнюю политику – пятно, если подобное всплывёт…

– Генерал, разве контроль над народными отрядами не в вашей компетенции? – сухо вступила дама средних лет, со вздохом отворачиваясь от уличного представления. – Отзовите своих людей.

– Они такие же мои, как и ваши, – военный угрюмо смерил взглядом требовательную леди.

 – У дружинников свои командиры. Помнится, вы, госпожа Элаиза, недавно радовались их самостоятельности, решительности, рьяному патриотизму. Просили не мешать, звали «пламенными сердцами», настоящими сынами Родины… А теперь к ногтю решили прижать?

– Вы ещё попросите их оружие сдать и вернуть награбленное, – депутат весело хрюкнул в кресле, подначивая госпожу министра.

– Тем более я не стану встревать за предателей, – отрезал генерал.