О звере и фейри

Никогда не думала, что смогу когда-нибудь отыскать его, и обнаружив, не знаю, как жила без него раньше.

Они существуют. Все они восхитительно реальны, двигаются под раскачивающимися ветвями; фиолетовые, синие и зеленые огни сверкают над ними, когда они кружатся в танце и…

И они прерывают свое веселье, поворачиваясь, чтобы посмотреть на меня.

Внимание волшебного Народца – это нечто невообразимое. Они, не мигая, смотрят, и в их проницательных глазах столько знаний, что мне становится не по себе. Пока сквозь толпу до меня не доносится до боли знакомый голос.

– Фэйлинн, любовь моя! – Голос Келлана словно становится неким стимулом, разрушая повисшее напряжение, и фейри вновь пускаются в пляс. Я дрожу и тяжело вздыхаю, пытаясь взять себя в руки, прежде чем сделать шаг вперед.

– Просто Фэй, – поправляю его, даже не замечая этого; дурная привычка, укоренившаяся во мне с детства.

Гейдж материализуется с краю толпы и направляется ко мне, последовав за Келланом. Народец расступается перед ним.

Я оглядываю их обоих, но мой взгляд замирает на Келлане.

– Хорошо, – говорю недовольно я. – Я здесь. А куда делась Делия?

Гейдж чертыхнулся на незнакомом для меня языке.

– Ты потерял одну из них?

Келлан сосредоточенно рассматривает пятнышко на ногте.

– «Потерял» звучит так, будто я собирался оставить ее себе, – рассеянно сообщает он Гейджу.

Гейдж сжимает переносицу.

– У меня нет на это времени, маленький принц. Найди девчонку и отправь их домой.

Меня ждут дела. – Он разворачивается, собираясь вновь исчезнуть в толпе.

Келлан усмехается, в его глазах плещутся лукавые искорки, когда он кланяется Гейджу.

– Мои извинения, но я не служу тебе. – Гейдж быстро окидывает его взглядом, и между ними разгорается противостояние, которое, как мне кажется, началось задолго до этой ночи. Гейдж бросает на меня еще один долгий, суровый взгляд, а затем снова отворачивается.

Он успевает сделать несколько шагов, прежде чем Келлан окликает его:

– Да ладно тебе, король Гоблинов.

 – Слова заставляют Гейджа замереть на месте, но он не поворачивается. – В Лощине запрещено использовать чары. Боюсь, таковы правила.

Я слышу что-то похожее на рычание, вырвавшееся из груди Гейджа, – резкий выдох, и с него будто сходит пелена тумана. Его одеяние сменяется на облегающую тунику и брюки, напоминающие костюмы из старых фильмов. Рукава украшены вышивкой и парчой, черное на черном с золотыми вкраплениями.