Лучшее время для любви

Ей тоже удалось добиться в жизни определенных высот. Не стоило ворошить прошлое. Но Фрейя любила снимать интерьеры, и ей было интересно узнать о доме, куда попал ее друг после ужасных лет, проведенных в приемных семьях и детских учреждениях.

– Я спрошу у ее сына, не будет ли он против, – сказала Фрейя. – Покажи, где он здесь.

Хью ткнул пальцем в высокого мужчину на одной из фотографий. Он ни капли не походил на Уилла, но ведь они и не были кровными родственниками.

Фрейя слегка нервничала, когда позвонила Нэду Хадсону, чтобы спросить, не будет ли он возражать, если она заменит фотографа, которого пригласила его мать.

Он поддержал идею, показавшуюся ему заманчивой. И вот она здесь, через шесть дней после свадьбы, в одном из самых больших поместий в Австралии.

Фрейя медленно ехала по обсаженной деревьями подъездной дорожке к дому – внушительному особняку викторианской эпохи с остроконечными крышами и башенками, окруженному широкой верандой.

Она уже видела дом на свадебных фотографиях, но все равно была поражена его классической красотой.

Впрочем, ее это не смущало. Она сможет ярко заявить о себе как о профессионале. Она уже снимала интерьеры лучших домов Мельбурна для глянцевых журналов.

Доехав до конца подъездной дорожки, Фрейя припарковалась возле дома. Она открыла дверцу машины, и ее встретил свежий утренний воздух, напоенный ароматом роз… и яростный собачий лай.

На веранде в нескольких шагах от двери стояла черно-белая колли.

Фрейя застыла от ужаса.

В одной семье, где она жила, был злобный ротвейлер, которого использовали, чтобы пугать детей – в том случае, если те не слушались. Пес никогда не кусал ее, но его грозное рычание и оскаленные зубы вселили в нее такой ужас, который остался с ней на всю жизнь.

В дверях появился высокий мужчина.

– Молли, хватит, – приказал он.

Нэд Хадсон. Она его сразу узнала. Собака прекратила свой лай и села.

– Хорошая девочка, – сказал мужчина, почесывая собаку за ухом. – Мисс Делани – мой друг, запомни.

Длинный розовый язык свисал между пугающе острых зубов. Фрейя сделала глубокий вдох, пытаясь прийти в себя. Как унизительно дрожать от страха перед фермерской собакой! Как будто она не знала, что на ферме должны быть собаки.

– Не надо бояться Молли, – сказал Нэд Хадсон. – Она очень милая. Ее время работы с овцами закончилось, поэтому она взяла на себя миссию охранять дом. Теперь, когда я рассказал ей, что вы наш друг, она вас не тронет.