Опасный мужчина

– Врываясь в мою карету?

– Ну, это громко сказано, – проговорил лорд Нил, и веселая искорка смягчила выражение его лица.

– А как бы вы назвали свой поступок?

Лорд Нил слегка улыбнулся:

– Я просто пытаюсь привлечь ваше внимание.

Элеонора не улыбнулась в ответ. Мало того что лорд Нил навязал ей собственное общество, теперь он пытается своим обаянием заставить ее сменить гнев на милость. Элеонора решительно скрестила руки на груди и напустила на себя самый непроницаемый вид:

– Хорошо. Вам удалось привлечь мое внимание.

Можете изложить свое дело. Предполагаю, вы снова выступаете от имени сестры.

Элеонора не рассказала мужу о первом визите лорда Нила. Эдмунда только расстроило бы поведение дяди. В конце концов, она выходила за него как раз для того, чтобы оградить от подобных житейских огорчений. К тому же Эдмунд был привязан к дяде. Как-то даже назвал его «славным малым». Эдмунд уверял, что дядя никогда не поднимает шума из-за пустяков и не сует нос в чужие дела, а если попал в беду, можно смело обращаться к Энтони.

Дядя всегда знает, как поступить, и матери докладывать не станет. Поэтому, не желая огорчать мужа, Элеонора умолчала о собственном впечатлении от лорда Нила. Элеонора подозревала, что он является либо послушной марионеткой, либо союзником леди Гонории, а может, и вовсе злоупотребляет щедростью Эдмунда вместе с ней.

С лица лорда Нила исчезли всякие следы веселости.

– Леди Скарбро очень горюет по сыну.

Элеонора молча ждала продолжения. Горе – нормальная реакция любой матери на смерть сына, однако в данном случае Элеонора цинично подозревала, что больше всего леди Гонория переживает из-за утраты денег.

Лорд Нил помолчал, будто выбирая слова, и наконец прибавил:

– Эдмунд с детства был болезненным, однако случившееся было для нас как гром среди ясного неба.

– Для меня тоже, – кивнула Элеонора, недоумевая – неужели нужно было запрыгивать к ней в карету, чтобы говорить очевидные вещи?

– Насколько помню, Эдмунд ни разу под парусом не ходил, – продолжил лорд Нил, пристально глядя в глаза Элеоноре.

– Увлекся в Италии, – пояснила она. – Я и сама удивилась. Наверное, дело в теплом климате… Там он себя чувствовал гораздо лучше.

– Значит, ему стало лучше? – уточнил лорд Нил.

– Да, намного. – Элеонора не стала добавлять, что рассчитывала как раз на такой эффект, и рассказывать, почему настояла на отъезде в Италию, несмотря на возражения леди Гонории. – Там он кашлял реже, цвет лица улучшился.