Ночь над водой

Гарри глубоко к ней привязался. Она прервала их отношения грубо, в одночасье, когда мужу открылось, что у нее есть любовник (хотя кто именно, он так и не узнал). Потом Гарри несколько раз их видел, и женщина смотрела на него, как на пустое место. Гарри счел, что это жестоко. Та женщина для него многое значила, и ему казалось, что и она к нему неравнодушна. Что же тогда демонстрировало ее поведение – силу воли или бессердечность? Этого ему, видимо, так и не суждено узнать.

Ни шампанское, ни отменная еда не подняли настроения ни Гарри, ни Ребекке.

Он места себе не находил. Гарри уже запланировал после этого свидания постепенно расстаться с Ребеккой, но внезапно почувствовал, что не в состоянии провести даже остаток вечера в ее обществе. Вдруг стало жалко и денег, которые Гарри потратит на ужин. Он взглянул на ее брюзгливое лицо, не знавшее косметики, как бы сплющенное под этой глупой шляпой с пером, и почувствовал, что ненавидит Ребекку.

После десерта Гарри заказал кофе и отправился в туалет. Раздевалка находилась рядом с дверью в мужскую уборную и от их столика была не видна.

Он поддался непреодолимому импульсу. Взял свою шляпу, дал на чай гардеробщику и выскользнул из ресторана.

Ночь стояла теплая. Из-за светомаскировки было очень темно, но Гарри хорошо ориентировался в Уэст-Энде, да и огоньки машин помогали держать нужное направление, автомобили двигались, не включая фары, но и габаритных фонарей ему было достаточно. У него возникло такое ощущение, будто он сбежал с уроков в школе.

Он избавился от Ребекки, сэкономил семь или восемь фунтов и теперь свободен – и все это благодаря нахлынувшему на него вдохновению.

Театры, кино и танцевальные залы были закрыты правительственным распоряжением «до оценки характера угрозы Британии со стороны немцев», как говорилось в нем. Но ночные клубы всегда действовали на грани закона, и многие из них были открыты, если знаешь, где их искать. Вскоре Гарри уютно устроился за столиком в подвале в районе Сохо, потягивая виски, слушая первоклассный американский джаз-оркестр и раздумывая, не завязать ли интрижку с девушкой, разносившей сигареты.

Он был погружен в эти размышления, когда вошел брат Ребекки.

На следующее утро Гарри сидел в подвале здания суда, подавленный и полный раскаяния, ожидая, когда настанет его очередь предстать перед мировым судьей. Да, случилась настоящая беда.

Глупо, конечно, было вот так уйти из ресторана. Ребекка не из тех, кто проглотит обиду и тихо оплатит счет.