Жертва

Морти следил за ней, знал ее любимые магазины, знал китайский продуктовый магазин, где она каждый второй день покупает красный грейпфрут, кофейню «Желудь» на углу 50-й и Мэдисон-авеню, где она пьет эспрессо без кофеина.

Морти был экипирован коричневым париком и усами, которые наклеил перед тем, как отправиться к ее дому. Еще в эти поездки ему нравилось надевать контактные линзы. Морти как-то прошел в пяти метрах от Алексис, и она его не узнала. Он с восторгом увидел естественное выражение на ее незаинтересованном лице.

Однажды в «Желуде» он сел у стойки и ждал, пока она выйдет из закутка, где сидела, потом проскользнул туда, сел на ее место, взял салфетку, которой она вытерла губы, и прикоснулся пальцами к следу розовой помады. Он поднял салфетку к лицу, делая вид, что вытирает рот, но, чуть прижав ее к губам, закрыл глаза и вдыхал ее запах, слабый аромат ее духов.

– Вы готовы сделать заказ? – вдруг спросил кто-то, Морти испуганно открыл глаза и увидел официантку, стоявшую около него и глядевшую на растерянное выражение его лица.

Когда Алексис находилась в его кабинете, он изо всех сил старался сдержаться и не встать из-за стола, чтобы дотронуться до ее волос, провести пальцами сквозь их блестящие волны. Если б только он мог прижаться губами к ее губам. Он подумал о картонной коробке с камуфляжем на заднем сиденье машины. В нем Морти выглядел на десять лет моложе. Не это ли нужно Алексис: может быть, она больше бы заинтересовалась им, если бы он носил парик постоянно? Возможно, он наденет парик, контактные линзы и заглянет к ней в гости.

Он едва заметно покачал головой, осуждая себя, и нахмурился, уставясь в барную стойку. Морти чувствовал, что теперь уже он не на своем месте. С тех пор как умерла Джун, ему все время было не по себе. Он мечтал о том, чтобы объяснить все это Алексис, излить перед ней душу, ему казалось, что она его поймет. Морти взял ее на работу через три недели после похорон жены.

Когда он проводил собеседование с женщинами, их квалификация стояла для него на втором месте. На самом деле он искал в них черты и качества Джун. И вдруг перед ним села Алексис, такая похожая на Джун, умная, но без ее мрачности, красивая, но еще не раненая и не испытывающая стыд от своей красоты, чувствительная, но не забитая горестями.