Жертва

Он был уверен, что она не считает себя красавицей, что делало ее красоту чем-то гораздо большим, чем комбинированная привлекательность всех этих нереально идеальных женщин на одно лицо, проходивших мимо нее.

Полностью разобраться в Алексис ему было легко. Получилось с первого взгляда. Тайное желание души проявилось в его снах. Давным-давно его народ называл такие откровения словом «ондиннонк»[3 - О н д и н н о н к – сокровенные благотворные желания души, верование индейцев ирокезов о том, что душа дает знать о своих естественных желаниях через сны.

], и считалось, что нужно немедленно подчиниться тому, что открывалось во сне, действовать по его указаниям и воплотить его до конца. Иначе тело заболеет и умрет.

Личность у Алексис была сильная и независимая, но открытая для сближения, ничего не скрывающая. С ней легко было сблизиться, сделать своей и удерживать сколько надо. Она была маяком и посылала ему сигнал. «Мне нужен кто-то, – говорил ее взгляд. – Я независима, но я одинока. Я ранима». Двойственность новой женской дилеммы.

Сила и потребность одновременно. На этой путанице легко сыграть.

Мужчина бросил пятидолларовую бумажку в ящик для сбора денег Армии спасения. Женщина в униформе улыбнулась, и он коротко ответил ей тем же.

– Так держать, – сказал он ей, его дыхание превращалось в холодном воздухе в туман.

Он помнил, как однажды они дали ему приют, он был в бегах, потерялся в слепящей метели на пустынном отрезке шоссе в канадской провинции Альберта, после того как его машина с трупом в багажнике съехала с дороги.

Он нашел старую хижину у обочины, где пережидал ненастье, прислушиваясь к отрывистым потрескиваниям в стенах, когда время от времени дерево трещало от сильного мороза. Его нашли двое из Армии спасения, взяли с собой без лишних вопросов, дали ему ночлег и накормили горячей едой. Они спасли ему жизнь. Истинные чудотворцы.

– Благослови вас Бог, – ответила женщина, передавая ему бумажный листок, который он быстро сунул в глубокий карман.

– Спасибо, – сказал он и заторопился дальше.

Он старался идти легкой походкой, сунув руки в карманы пальто, и позвал Алексис по имени сквозь редкую толпу, поднимавшуюся по невысоким ступенькам к входу в «Матрицу».

Алексис замедлила шаг и оглянулась через плечо, но человек не посмотрел на нее. Он быстро прошел вперед, мимо, чуть коснувшись ее локтя, а она искала человека, который позвал ее.

Прикосновение, сказал он себе. Первый знак запечатлен, хотя она даже не догадывается.