Что случилось с секретарём Ким? Книга 2

Ой-ой… Нехорошо хвастаться своим собственным сыном, но каким же красивым ребёнком он был, ты себе даже не представляешь! Господин Чон даже не захотел брать с нас плату, сказав, что ему достаточно уже того, что такой невероятный ребёнок будет носить его одежду. Но я всё равно потом отправила ему подарок вместо денег. Наш мальчик… он… он был особенным с самого детства. Мы всегда думали, что это просто подарок свыше, а не дитя. Поначалу нам казалось, что он просто быстро развивается, но с каждым годом он всё больше и больше отличался от своих ровесников.

Разница была просто колоссальной! Этот ребёнок выделялся везде, где бы ни появлялся.

Ми Со внимательно вслушивалась в каждое слово, и вдруг выражение её лица едва заметно изменилось.

– Даже не могу передать словами, каким хорошеньким он был, когда выходил тем утром в своей новой одежде и с рюкзачком в руках. Он был настолько красивым ребёнком, что мне даже жалко было выпускать его на улицу… В какой-то момент мне показалось, что на улице холодновато для такого наряда, но пока думала над тем, во что его можно переодеть, он уже вышел из дома.

Я тогда ещё подумала, что ничего страшного не случится и что он не замёрзнет за пару часов в школе…

Госпожа Чхве снова заплакала, задыхаясь от нехватки воздуха.

– Мне надо было… Надо было остановить его. Вернуть домой и переодеть в тёплую одежду, не думая о каких-то там дурацких дизайнерских нарядах!

Немного успокоившись, она снова продолжила:

– Те злосчастные три дня я ни на секунду не сомкнула глаз.

Я не знала, потерялся ли он или его забрал какой-то незнакомец, но я молила лишь об одном… Чтобы кто-нибудь надел на моего малыша хотя бы тонкую курточку! Мне постоянно казалось, что я слышу его голос, как он зовёт меня и плачет, что умирает от холода. Я думала, что просто сойду с ума за эти бесконечно длинные три дня.

Ми Со крепко сжала руки госпожи Чхве, которая всё продолжала громко плакать навзрыд.

– Он и сейчас ненавидит морозы. Он с самого детства плохо переносил холод, но после того случая стал мёрзнуть ещё больше.

Каждый раз, когда температура на улице падает, у меня всегда так болит сердце… Так болит…

Ми Со вздохнула и ещё сильнее сжала руку жены президента, но за время их разговора её ладонь заметно похолодела.

В гостиной наступила тишина: не было слышно ничего, кроме равномерного тиканья настольных антикварных часов.

Вдруг Ми Со осторожно заговорила:

– Вице-президент никогда не говорит о семье.