Сложный выбор

До чего же тяжёлый этот Брет, и угораздило же меня так влипнуть!

– Ты как, Сэм?

– Я… Я нормально.

Моё дыхание было сбивчивым, ноги не хотели подчиняться. Лишь усилием воли, я заставила себя встать и сесть на край кровати. Что дальше?

– Сэм, ложись со мной.

Что? Видимо мой мозг играет со мной, я переспросила.

– Что? Зачем?

– Так мне будет спокойней.

Вот же какой! Сам практически в бессознательном состоянии, а продолжает приказывать.

– Хочешь, чтобы я тебя согрела?

Ого, у меня пробился чёрный юмор! Видимо, вечерок хорошо дал мне по нервам.

– У меня есть, кому меня согреть. Ложись со мной, чтобы я точно знал, что ты не натворишь глупостей.

– Не доверяешь?

Да, глупый вопрос, сама понимаю. Но попытка не пытка.

– Я никому не доверяю.

От этих слов я вздрогнула и сразу вспомнила, кто передо мной. Он же опасный человек с оружием. Но почему я хочу ему сопротивляться, пойти наперекор? Что это? Чувство самосохранения или самоубийство?

– А если я откажусь?

– Не советую.

– Угрожаешь?

– Нет, пока предупреждаю.

От его рыка я вздрогнула, и мне стало по-настоящему страшно. Брет поманил меня рукой, а потом похлопал по кровати рядом с собой. Я выгнула бровь, недоверчиво наблюдая за его рукой. Что он задумал? Как долго он будет держать меня возле себя? Я почувствовала себя заложницей без права выбора, но со слабым правом голоса.

– Хм… Ложись, я не в том состоянии, чтобы купиться на твои прелести.

– Да, уж, прямо успокоил.

– Сэм, твою мать! Ложись!

Я аж подпрыгнула от его крика. И зачем так ругаться на меня? Немедля ни секунды, легла рядом с Бретом, демонстративно повернувшись к нему спиной.

– Вот и отлично. Имей в виду, сплю я чутко, и если ты надумаешь хоть немного рыпнуться, мне придётся сделать тебе больно. Хотя, если честно, мне этого совершенно не хочется.

Я молчала, от его слов бежали мурашки, и самое лучшее, что могла придумать в эту минуту, просто кивнуть в темноту.

Я тихо лежала, боясь пошевелиться. На меня напала такая апатия, что уже абсолютно ничего не хотелось, только закрыть глаза, а потом проснуться и понять, что приснился кошмар, просто жуткий кошмар и ничего больше.

Через несколько минут я услышала равномерное дыхание моего надзирателя. Брет спал. Но я ему верила, верила его словам, и мне совсем не хотелось проверять эти слова на деле. Поэтому продолжала лежать тихо, как мышка.