Слепая зона

Поверить невозможно, что девушка, которую я любил, девушка, на которой подумывал жениться, сможет так легко от меня уйти. Казалось, будто в одно мгновение я нахожусь на борту безопасного круизного лайнера, греюсь в лучах тропического солнца, а в следующее – меня выбрасывают за борт без спасательного круга, и никто не слышит моих криков, пока лайнер продолжает движение, оставив меня в неумолимых водах.

Хуже всего, что это было не просто расставание – во всяком случае, не так, как это происходило у моих друзей.

Малия Вейл была не только моей девушкой, она была моей семьей.

Мы вместе выросли. Наши семьи дружили, наши жизни были крепко переплетены. Ее папа и мой отец в колледже стали лучшими друзьями, и даже после того, как мои родители расстались, мама Малии приглядывала за моей, чтобы удостовериться, что у нее все хорошо.

Что с ней, увы, бывало нечасто.

Мое, казалось бы, сказочное детство было разрушено одним только решением – решением моего отца. За один день из счастливой семьи из троих человек мы стали неполной семьей, состоявшей из меня и мамы.

Когда он был не сильно занят своей новой семьей – той, которой он с такой легкостью нас заменил.

Малия от начала и до конца поддерживала меня. Была рядом после неприятных эпизодов с мамой, которая не знала, как справиться с тем, что ее брак рухнул, а после пыталась найти утешение с самыми отъявленными негодяями. Малия понимала, что я чувствовал себя брошенным, и тогда в дело вступил ее папа, который научил меня всему, чему должен был обучить отец.

Я как будто не девушки лишился.

Я будто потерял правую руку.

И до сих пор не получалось принять, что мы наконец-то пережили изматывающий год отношений на расстоянии, – Малия училась в Калифорнии, где мы росли, а я здесь, в Массачусетсе, – только для того, чтобы она перевелась в БСУ, переехала на другой конец страны и… рассталась со мной.

Все это не имело никакого смысла. Я пытался проанализировать каждое слово из ее речи во время расставания и, пытаясь найти причину, каждый раз не получал никакого результата.

– У нас была прекрасная первая любовь, Клэй, но только ею она и была – первой любовью.

У Малии перекосилось лицо, но это выражение говорило не о том, что ей было хоть как-то больно от этого заявления.