На войне с Понтиаком, или Тотем медведя. Повесть о краснокожих и красных мундирах

Этим огнем несколько защитников были ранены, пока, наконец, к этому месту не доставили пушку, в дуло которой зарядили несколько докрасна раскаленных кусков железа. Минутой позже ее ответный огонь обрушился на строения, и прятавшиеся в них дикари вынуждены были убежать, и бегство их сопровождалось торжествующими криками и выстрелами солдат.

Шесть часов продолжалась эта карикатура на сражение. Потом огонь индейцев стал реже и наконец совсем стих. Решив, что все произошедшее – всего лишь затея нескольких горячих голов из числа дикарей, Глэдуин решил воспользоваться этим затишьем и послал двух канадцев под белым флагом, чтобы те выяснили причины происшедшего.

Пока ворота были открыты в ожидании возвращения послов, большая часть канадцев из форта воспользовалась возможностью покинуть его, оправдываясь тем, что им тяжело будет смотреть на то, как убивают их английских друзей.

Скоро посланцы Глэдуина вернулись, сообщив, что Понтиак готов к переговорам, но говорить он будет только с майором Хистером, и дал понять, что очень хочет встречи с этим офицером.

– Вернись и передай ему, что я увижу на виселице его и всю его трусливую банду, прежде чем доверю его вероломству жизнь хоть одного англичанина! – гневно воскликнул комендант.

– Постой, Глэдуин! – возразил майор Хистер. – Лучше рискнуть одной жизнью, чем подвергать опасности всех. К тому же я не думаю, что мне грозит серьезная опасность.

– Я забыл. Он же подарил тебе калюмет, – ответил тот многозначительно.

– Вы на что намекаете? – начал майор Хистер с гневным блеском в глазах.

– Нет, Хистер. Нет, ни на что. Мне стыдно, я очень виноват! – крикнул Глэдуин. – Если вы так настаиваете, можете предать себя в руки этих дикарей. Я буду знать, что вы сделали это только из чувства долга, что полностью осознавали, что рискуете жизнью, и при этом проявили отвагу, которую я ни в ком другом не встречал.

– Благодарю вас, Глэдуин. Это были слова настоящего солдата. Я возьму на себя эту миссию, потому что мой долг сделать это. Если я не вернусь, то смею надеяться на то, что вы не оставите своей заботой моих детей, заменив им отца.

Старого солдата, одетого по полной форме, проводили к воротам все офицеры форта.