Самая прекрасная роза

Он выглядел разочарованным и несчастным, и Эмелию это не удивляло.

– Я по-прежнему не могу понять, как такое могло произойти, – задумчиво промолвила она. – Кажется, они абсолютно уверены в том, что все идет как надо. Они проверили результаты ДНК оставшихся эмбрионов, а это означает, что все верно зафиксировано документально. Так почему произошла ошибка? Бессмыслица.

– Потому что врач-эмбриолог не понимала, что делает. Она явно не подходила для такой работы и не уделяла должного внимания деталям, поэтому перепутала ваши имена.

– Разве можно перепутать фамилию Иствуд и Хантер? Не думаю.

– Но можно перепутать имена Эмелия и Эмили. Они почти одинаковые. Она не обратила внимания на ваши фамилии. Ошибку обнаружил другой врач, когда просматривал документы и заметил несовпадение номеров. Ты прослушала эту часть разговора?

– Вероятно, прослушала, – задумчиво ответила Эмелия. – В действительности, если говорить начистоту, я словно отключилась после того, как он сообщил нам, что произошло.

– Для того врача нет оправдания, – равнодушно заявил Сэм, кладя ложечку на блюдце и подаваясь вперед. – Преступная халатность, невнимательность, которая недопустима в данной работе. Если по какой-то причине ты некомпетентен, тебе не следует работать в такой клинике. Они поставили нас обоих в неприятную ситуацию, и здесь не поможет никакая компенсация.

В его голосе прозвучали металлические нотки. Эмелия поняла, что Сэм не просто разочарован и несчастен, но и рассержен. Ужасно рассержен.

– Не осуждай ее, – тихо произнесла она. – У нее недавно умер муж. Я знаю, каково ей.

В его взгляде что-то промелькнуло, и он отрывисто кивнул:

– Извини. Конечно, ты знаешь. Я не хотел показаться грубым. Виноваты менеджеры клиники. Они должны были предоставить ей отпуск по семейным обстоятельствам или дать помощника, который наблюдал бы за тем, что она делает. Но это не изменит того, что произошло с тобой и со мной.

И с ним, конечно. Пострадала не только Эмелия, но именно она никогда не сможет забыть о случившемся.

– Сэм, для тебя ничего не изменилось, – осторожно сказала она. – Я не прошу тебя брать на себя ответственность за ребенка…

Он хмыкнул и залпом осушил чашку.

– Эмелия, я взял на себя обязательство подарить ребенка моему брату. Ребенка, который вырос бы у любящих и преданных родителей.