Ключ к прошлому

Риз схватил рукой одну из вьющихся в воздухе длинных прядей ее волос и накрутил ее на палец, который превратился в блестящий красный цилиндр.

Дженни, не взглянув на Рива, отняла у него прядь своих волос. Ее волосы развевались во все стороны, и Риву казалось, что Дженни из-за этого леса ярко-красных листьев не в состоянии видеть, что происходит перед ней на дороге.

Но она не выехала на автобан, который был единственной дорогой, ведущей к ближайшему кинотеатру с двенадцатью залами. Она поехала прямиком домой.

Семьи, в которых они выросли, жили в стоящих бок о бок домах, что было очень удобно или, наоборот, крайне досадно, в зависимости от того, как вы чувствовали себя в тот или иной конкретный момент.

В то лето у него не было своего автомобиля, но в его семье было достаточно машин и он мог легко получить одну из них. Надо было всего лишь попросить и пообещать, что зальешь полный бак бензина.

«Ладно, – сказал он сам себе. – Если Дженни меня игнорирует, то я схожу в кино с ее младшим братом».

Рив глубоко вздохнул, потом поймал себя на мысли о том, что не стоит так открыто демонстрировать свои чувства, поэтому максимально позитивным и радостным тоном спросил: «Ну что, Брайан, что бы ты хотел посмотреть?»

И Брайан Спринг ответил: «Я хотел бы посмотреть, что в той папке, Дженни».

II

Когда Стивен Спринг уезжал в колледж, он планировал никогда больше не возвращаться домой. В тот день, когда он приехал в Колорадо и, стоя под синим небом, смотрел на череду гор, он понял, что поступил совершенно правильно.

Стивен понимал всех отцов, которые после окончания Гражданской войны – не важно, на какой стороне они воевали, – не возвращались в свою семью, а шли на Запад. Стивен понимал всех иммигрантов, которые пересекли океан, чтобы больше никогда не вернуться на свою родину.

Можно любить свою семью.

И Стивен любил свою семью.

Можно любить свой родной город.

Что Стивен и делал.

И при этом быть довольным тем, что ты уехал от своей семьи и родного города.

Уехать на несколько тысяч километров от своего прошлого. Чтобы раз и навсегда поставить в этом прошлом точку.

Стивен Спринг был рад, что это сделал.

Практически сразу после переезда на Запад Стивен перестал звонить домой.

Он понял, что, когда звонил, то от волнения, которое слышал в голосе матери, ему становилось не по себе. То, что она волновалась и переживала, резало его, как острым ножом. Он побыстрее заканчивал разговор: «Я должен бежать.