Ключ к прошлому

Настоящим отцом Дженни был их общий с Брайаном папа. – Веди аккуратно, не лихачь, – сказал он, чувствуя себя немного глупо. Она и без его наставлений будет вести машину аккуратно. Дженни была человеком во всех смыслах очень аккуратным.

Рив стоял на асфальтированной дорожке подъезда к дому. Спереди он был освещен огнями из дома Джонсонов, а сзади – огнями из дома семьи Шилдс. Даже Брайан заметил, что выглядит Рив как милый и красивый щенок.

– Дженни, – взволнованно спросил Рив. – У тебя все в порядке?

Она села в «Эксплорер».

Его умоляющий взгляд не растопил ее сердце.

– Когда доберусь до больницы и все сама увижу, станет понятней, как у меня дела.

– Давай с тобой поеду, – во второй раз предложил он.

– Нет, спасибо.

Казалось, что Рив хочет что-то еще сказать.

«Только не упоминай папку, – подумал Брайан. – Это было бы большой ошибкой. Эта папка далеко не так важна, как жизнь ее отца. Если ты сейчас скажешь что-нибудь об этой папке, то сильно упадешь в ее глазах и будешь выглядеть идиотом».

Потом Брайан вспомнил, что хотел бы, чтобы Рив сильно упал в ее глазах.

Но потом он подумал, что где-то в глубине души Дженни не хотела, чтобы Рив выглядел в ее глазах идиотом. Поэтому Брайан решил сам сказать глупость, чтобы Дженни приняла за идиота его, а не Рива.

– Так, значит, ты без нас посмотришь, что там в папке? – спросил он Дженни.

Тактика Брайана сработала. Дженни посмотрела на него, как на идиота, завела мотор «Эксплорер» и включила задний ход.

Через открытое окно она сказала: «Нет. Я собираюсь эту папку сжечь».

IV

Неужели она действительно собиралась сжечь эту папку?

Мысль, конечно, интересная. Чиркнуть спичкой – и бумага моментально вспыхнет.

Отправить содержимое папки в шредер было бы более современным и механическим способом уничтожения документа, но радости и удовлетворения от него было бы меньше.

В палату отделения реанимации Дженни с матерью разрешили зайти ровно на пять минут.

Дженни не смогла придумать отговорку, чтобы не видеть отца, поэтому пошла вслед за медсестрой и матерью. Сестра открыла стеклянную дверь, и они оказались в палате, где лежали четверо пациентов и щелкали, гудели и пищали разные приборы и аппараты.

Они увидели лежащего на койке человека, из тела которого торчали трубки, провода и капельницы. Этот человек как бы глубоко ушел в матрас кровати, был бледен и небрит. Она бы его даже и не узнала.