Смерть в хрустальном дворце

А ты что же, не хочешь иметь де…

Я не смогла закончить предложение. Бертрам сжал меня в объятиях и впился губами в мои губы. Это оказалось даже не противно. Мы на некоторое время задержались в беседке.

* * *

Через несколько дней я оказалась в автомобиле Бертрама вместе с Рори Маклеодом, который устроился на заднем сиденье. Мы неслись в Лондон. Я объяснила положение дел Рори, закончив словами:

– Мы решили, что если Ричард планирует для нас что-то гнусное, то пусть лучше предпринимает эту попытку подальше от поместья и детей.

Мы с Бертрамом – и ты сам – неоднократно оказывались и в худших переделках. Мы решили, что способны сами о себе позаботиться. Но мы оба считаем, ты должен знать, что происходит.

Я сидела вполоборота к Рори. Положение было неудобным, в особенности учитывая ликование Бертрама, снова севшего за руль. Только очень добрый и любезный человек мог бы описать его манеру вождения как непредсказуемую. Я считала более подходящим слово «маниакальная».

Рори глубоко вздохнул, и его ярко-зеленые глаза почти исчезли под нахмуренными бровями.

– Если бы я услышал обо всем этом раньше, то не посоветовал бы вам ехать в Лондон, – заявил он. – Но конечно, не мне вам об этом говорить.

Последняя фраза скорее напоминала рычание, чем нормальную речь. Рори оказался в положении, трудном вдвойне, если говорить об отношениях с Бертрамом и со мной. Мы с Рори когда-то были слугами, причем он – моим начальником. Мы были помолвлены. В дальнейшем мы втроем вместе работали, как равные партнеры, а потом я оказалась помолвлена с Бертрамом.

Вероятно, это вызвало бурю чувств в душе у несчастного Рори. Однако я считала, что лучше их с ним не обсуждать. Рори также служил мажордомом у Бертрама, иногда выполнял обязанности его камердинера и был ему абсолютно предан. Я больше не знала, как он относится ко мне.

– Я вижу смысл в том, чтобы не позволять ему приблизиться к детям, – сказал Рори. – А мы, значит, в Лондоне занимаем оборонительную позицию, ждем его действий, а потом раз и навсегда решаем вопрос?

– Как бы мне этого хотелось! – воскликнул Бертрам.

 – Моя заветная мечта – стукнуть Ричарда по голове и похоронить в канаве.

– Ай [7 - Ай – да (шотл.) – Прим. переводчика.], – сказал Рори, причем этот односложный ответ прозвучал очень зловеще.

– Но я – английский джентльмен, – продолжал Бертрам. – Я не стану опускаться до методов, которые использует мой брат.