Ты

Бенджи забил на твое выступление, но не поленился скататься в Куинс посреди рабочего дня, потому что Моника – длинноногая блондинка, которая выдает свою мазню за искусство. Ты не знаешь о ее существовании и вообще веришь парням на слово. На твое выступление он свою содовую не притащил, Бек. Ты не оставляешь мне выбора. Я вынужден тебя спасать.

Опыт научил меня быть готовым к любым поворотам событий. Открываю заранее созданный аккаунт N. Herzog@gmail.com. Ты, конечно, не в курсе: Натан Херцог – главный ресторанный критик в пафосном журнале, старательно отлизывающий Бенджи и другим таким же, как он, напыщенным модным придуркам.

Правда, про «Домашнюю содовую» Херцог пока еще не писал, что вызывает искренне недоумение и даже праведный гнев у поклонников этого пойла, судя по комментариям на HomeSoda.com. Их до крайности удивляет, что влиятельный критик до сих пор не удосужился взять интервью у Бенджи или хотя бы сбацать колонку о его гениальном изобретении.

Что ж, пора.

Бенджи сейчас получит письмо от Натана Херцога, только что хлебнувшего самой фантастической содовой в своей жизни и осознавшего, что упустил рождение звезды.

«Есть ли у вас время для встречи? Предлагаю “Книжный магазин Муни” в Нижнем Ист-Сайде. Внизу есть кафе, где нам никто не помешает. С уважением, Н».

Не прошло и секунды, как Бенджи ответил:

«Хорошо, Натан. Польщен вашим вниманием. Уже еду».

Отвечать я не стал.

Вновь спускаюсь в метро. Думаю о тебе и пишу Кёртису, чтобы тот собирался домой, я сейчас приеду и отпущу его.

И вдруг понимаю, что оплошал. Что-то не так.

«Западное побережье».

С моей подписью.

Оставляю книгу на тротуаре. Перевожу дыхание. Ведь ты отшила меня, Бек. Мистер Муни был прав: я не смогу сам управлять магазином. Я не бизнесмен, а поэт. Еще четыре остановки, одна пересадка, три квартала, две улицы и один лестничный пролет, и мы встретимся с Бенджи. Надо только вспомнить, куда я спрятал тесак.

8

Я опаздываю – навещал тебя, Бек. Мне больно смотреть на твои слезы.

Знала бы ты, как я хочу обнять тебя, прижать к зеленой подушке и наполнить до краев любовью и бурлящей газировкой. Безумно хочу. Но приходится ждать. Увы! Правда, осталось уже недолго. Думаю, теперь удача повернется к нам лицом. Терпеть не могу шаблонные фразы, однако порой они бывают к месту.

Твои письма к Бенджи превратились в монологи. Ты плюешься ядом и шипишь, как змея:

«Я, мать твою, не игрушка! Не бессердечный кусок дерьма. И не бездарная шлюха-художница.