Чего желает джентльмен

Ты только не сердись, мама.

– Как я могу сердиться? Разве ты виновата, что Господь дал тебе такие отличные уши? – Молли покачала головой, уже готовая улыбнуться, и Ханна забавно сморщила нос, чтобы развеселить дочь. – Вон наша калитка. Кто быстрее?

Молли сорвалась с места, заливаясь смехом. Ханна пробежала несколько шагов, но была вынуждена остановиться – в дырявый башмак попал камешек.

– Ох, – устало выдохнула она.

– Пора купить новые башмаки? – спросила Сара.

Ханна снова вздохнула.

– Пора искать работу, чтобы купить новые башмаки…

Весь путь по переулку невестка хранила молчание.

Ханна толкнула калитку, которую Молли не притворила.

– Тебе всегда рады в моем доме, – тихо сказала Сара.

Ханна лишь покачала головой.

– У тебя своих четверо. А жить с Джейми?.. Да я бы давно сошла с ума!

Невестка робко улыбнулась, и Ханна заставила себя улыбнуться в ответ. Конечно, Сара пытается помочь. Она не виновата, что в ее доме и без того не повернуться.

– Спасибо и на том, что помогла мне донести все это до дому, – добавила Ханна.

– Жаль, что так вышло. – Сара избегала смотреть золовке в глаза.

– И мне жаль, но вышло так, как вышло, и ничего уже не исправить.

Как бы ей хотелось, чтобы все складывалось иначе. Чтобы не приезжал новый викарий, торопясь взять приход в свои руки. Чтобы были деньги на покупку своего дома. Как жаль, что муж умер и оставил ее одну!

Молли сидела на верхней ступеньке, радостно хлопая в ладоши – она прибежала первой! Ханна снова скорчила дочке рожицу и рассмеялась.

Сара понесла покупки на кухню, Молли побежала за ней. Тем временем Ханна тщательно соскребла грязь с башмаков.

Дочь конечно же позабыла почистить туфли – об этом свидетельствовали грязные следы на полу в коридоре. Ханна грустно улыбнулась. Нельзя требовать от четырехлетней малышки слишком многого. К тому же в своем доме… Пройдет несколько недель – все изменится. Как же она будет тосковать по этому милому домику!..

Ханна снова вздохнула, схватив висевшую возле двери тряпку, чтобы вытереть пол.

Ей не хотелось растить ребенка в чужом доме, не хотелось и самой быть приживалкой, пусть даже у родного отца. Но что поделать? Ей больше некуда идти. Оставалось только смириться.

За спиной скрипнула калитка.

– Прошу прощения, мэм, – раздался низкий тягучий голос. – Не подскажете, где бы я мог найти врача?

Ханна обернулась, чтобы посмотреть на вошедшего – он, судя по выговору, принадлежал к высшему обществу.