Навеки мой

Он беспомощно смотрел на нее, прекрасно понимая, что она флиртует с каждым распутником, прижимаясь к столу так, чтобы окружающие могли разглядеть ее грудь, обрамленную ярким красным декольте. Женщина выставляла ее напоказ так, что герцог не мог не обращать на нее внимания. Неудивительно, что Филипп нарушил клятву. От внимания Джека не ускользнуло восторженное выражение лица брата, взиравшего на миссис Кэмпбелл, и он никоим образом не собирался допустить, чтобы она оставила Филиппа в дураках. Джек повторял себе, что подошел к столу лишь для того, чтобы вырвать брата из рук этой расчетливой соблазнительницы.

Но едва только их с миссис Кэмпбелл взгляды встретились, мысли о Филиппе вылетели у него из головы.

В результате Джек утратил способность мыслить здраво и вовлек ее в игру. Он играл безрассудно и не остановился, даже когда стало очевидно, что ничем хорошим это не закончится. Он попросту не соображал, что творит. Джек считал, что Филипп выставил себя на посмешище, но потом и сам стал посмешищем на глазах у всех игроков города.

Толпа возбужденно загудела, когда Джек сделал последнюю сомнительную ставку. Филипп, до сего момента наслаждавшийся унижением брата, рванулся вперед.

– Что, черт возьми, ты делаешь? – воскликнул он.

Однако Джек даже не удостоил его взглядом.

– Ставку.

– Но ты не можешь делать таких ставок!

– Нет? – Джек развернулся, чтобы посмотреть на миссис Кэмпбелл. Насколько она безрассудна? Она смотрела на него, широко распахнув глаза и приоткрыв розовые губы.

Женщина поступит мудро, если заберет со стола выигрыш и покинет клуб.

– Пять тысяч фунтов, – произнесла она так тихо, что Джек едва расслышал ее слова, а затем перевела взгляд на Филиппа, словно извиняясь. – Против недели в моем обществе.

Миссис Кэмпбелл явно обдумывала предложение. Сердце Джека на мгновение замерло в груди. Судя по всему, он снова проиграет, но она… все же задумалась.

Быстро расправив плечи, Софи подошла к столу:

– По рукам!

Присутствующие изумленно зашептались.

Филипп замер, и стоял точно громом пораженный. Однако Джека охватило такое торжество, что он не замечал ничего вокруг. Вскинув голову, миссис Кэмпбелл с вызовом заглянула ему в лицо, и где-то в глубине души Джека зародилась уверенность в том, что он выиграет.

Черт побери, при мысли об этом его пульс заметно участился.

– Одну минуту, ваша светлость, – пробормотал кто-то за его спиной.

Дэшвуд, владелец клуба, протиснулся сквозь толпу.

– Ставка слишком высока.