Навеки мой

– Да, хорошо. – Филипп вдруг утратил способность дышать. – Я согласен, потому что заслужил это. Но не делай этого… только не она…

Джек перевел взгляд на миссис Кэмпбелл. Она молча стояла у стола. Зрители шагнули назад, оставив ее одну. Миссис Кэмпбелл смотрела на кости, и ее темные ресницы казались почти черными на фоне бледного лица.

В душе герцога шевельнулась совесть. Он поссорился не с ней. Джек мог поговорить с ней в кабинете мистера Дэшвуда и объяснить причины, побудившие его сделать эту ставку.

Ведь он лишь хотел спасти брата от разорения. Однако – его взгляд на мгновение задержался на груди миссис Кэмпбелл – им двигало не только это. И все же руководивший им мотив был безупречным и имел право на существование. Джек вполне мог освободить миссис Кэмпбелл от обязательств в обмен на обещание никогда больше не играть с Филиппом. Это была основная причина столь неслыханной ставки. И единственная, хотя Джек не мог отвести от миссис Кэмпбелл взгляда. Нет, черт возьми, он действительно хотел оградить брата от этой женщины и других мошенников.

Пройдя мимо него, Филипп взял миссис Кэмпбелл за руку.

– Не волнуйтесь, моя дорогая, – произнес он. – Это была вынужденная мера, и вам нет нужны выполнять какие бы то ни было обязательства. – Он зло покосился на брата.

Она вздрогнула, словно очнувшись от сна.

– Что?

– Разумеется, вы ему ничего не должны! – воскликнул Филипп, а потом понизил голос, хотя Джек все равно его услышал: – Он сделал это, чтобы наказать меня.

Из-за нашей дружбы. Он не может ничего от вас требовать. Да я и не позволю этого, Софи. – Филипп сжал ее руку и поднес к своим губам, а она посмотрела на Джека.

В ее глазах не было испуга. Они горели гневом. А еще она позволила Филиппу держать свою руку слишком долго.

И совесть Джека умолкла.

– Напротив. – Он вскинул голову, и мистер Дэшвуд, все это время находившийся поблизости, но старательно избегавший любого вмешательства, вздохнул.

– Миссис Кэмпбелл, вы проиграли ставку, на которую согласились добровольно.

И теперь его светлость должен получить то, что причитается ему по праву.

Грудь женщины продолжала вздыматься, а глаза метали молнии.

– Да, я понимаю. Если его светлость заедет за мной завтра, мы бы могли…

– Мистер Дэшвуд, – произнес Джек. – Заберите выигрыш миссис Кэмпбелл и положите его на ее счет.

Взяв женщину под руку, он повел ее прочь от Филиппа. Но она упиралась, и Джек обнял ее за талию.