Навеки мой

 – Теперь я понимаю, что это ваша семейная черта.

Герцог шумно втянул воздух. Софи внутренне сжалась, но когда он заговорил, его голос звучал спокойно.

– Да, сегодняшний вечер изобиловал обманчивыми суждениями.

Надежда заставила Софи сесть чуть прямее.

– Еще не поздно передумать. Отвезите меня домой, и я дам вам слово, что никогда больше не сяду за один стол с лордом Филиппом ни для того, чтобы поиграть, ни для того, чтобы пообедать или даже выпить чаю. Если вы составите список своих друзей и других членов вашей семьи, которых хотите уберечь от моего оскорбляющего их достоинство присутствия, я обязательно запомню их имена.

– В этом нет необходимости. – В тусклом свете Софи почти не различала лица герцога, отвернувшегося от нее и смотревшего в окно. – Одного Филиппа достаточно.

– Договорились! – воскликнула она, приняв решение больше не заговаривать с вышеозначенным молодым человеком. – А теперь отвезите меня домой…

– Нет.

Софи была уверена, что ослышалась.

– Почему?

– Вы сделали ставку и проиграли. А члены клуба «Вега» всегда платят по счетам. Разве нет?

Кровь отлила от лица Софи. Впервые она ощутила холодок страха. Софи поплотнее запахнула полы плаща, хотя они не могли защитить ее. Она оказалась наедине с герцогом в экипаже, направляющемся неизвестно куда. И никто не придет ей на помощь.

– Вы вознамерились меня уничтожить. – Внезапно в ее душе вспыхнула надежда.

Герцог презрительно усмехнулся:

– Вовсе нет.

– Но вы… устроили сцену, вытащив меня из клуба, после того как заявили, что желаете провести неделю в моем обществе, – с дрожью в голосе произнесла Софи.

Даже если он ее не тронет и пальцем, люди видели, что они ушли вместе, и пересудов не избежать. За Софи закрепится репутация женщины, поставившей на кон собственное тело, и то небольшое уважение к ней со стороны окружающих, которого ей удалось добиться, рассеется как дым.

– Да, – кивнул герцог, – чтобы не позволить вам разорить моего брата.

– Я сыграла с ним всего один кон! Единственный. И собиралась на этом закончить. Но он настоял, чтобы сыграть еще. Если уж вы так беспокоитесь о кошельке брата, вам следовало удержать его от посещения клуба.

– Если бы я только мог…

Софи вскинула руки в жесте насмешливого удивления.

– Что? Вы бессильны повлиять на поступки собственного брата, однако не чувствуете угрызений совести, руководя моими действиями.