Доверься мне

– Я научусь использовать мою слабость против его силы, – прошептала она и поймала на себе удивленный взгляд первокурсника, спускавшегося с лестницы ей навстречу.

Это замечание станет достоянием широкой общественности еще до обеда.

– Это стопроцентный висяк, – сказал Рэнди. – Наше дело.

Он убедил лейтенанта Гэвигана и остальных прочесть заметки детектива О'Хары по делу Прядки еще до утреннего совещания.

– Никаких улик после предварительного расследования, нет подозреваемого, – сказал Гэвиган.

– Тупик. Тупиковому делу место в тупике, да.

Джек Сэмьюэльс и Лиз Слотер сидели у стола Гэвигана. Рэнди прислонился к углу шкафа.

– Такие типы обычно никогда не останавливаются сами, лейтенант, – заметил Рэнди, разводя руками. – Я сомневаюсь, что это изнасилование – единичный случай. Где он сейчас? Уехал, мертв, находится в больнице, в тюрьме? Или он насилует других и изнасилует еще многих.

– Может быть, – подтвердил Джек.

Лиз уже сидела в позе, свойственной беременным женщинам, с руками сложенными на животе.

– Рано или поздно он попадется. Больше схожих дел – значит, большая вероятность того, что он промахнется, и мы сможем поймать его.

– У меня такое чувство, что мне стукнули мешком песка по голове, – сказал Гэвиган. – Это надо довести до конца. Рэнди, поговори с О'Харой. После такого перерыва новые случаи заставят его опять приняться за обидчика твоей подружки и надрать ему задницу.

– Она не моя подружка. Я же тебе говорил, она просто ходит в мою группу.

Возможно, есть что-то, чего она не сказала во время первоначального расследования, потому что не хотела говорить или просто не помнила. Сейчас как раз было бы очень удобно вытащить это из ее памяти. Согласны?

Все трое дружно кивнули.

– Прядка мне нравится. Я хочу поймать этого парня ради ее безопасности.

– Прядка? – спросил Гэвиган.

Рэнди объяснил.

– Ранняя седина? – спросила Лиз. – А почему она ее не закрасит?

– Это какая-то полоска у нее в волосах. Ей бы следовало получше за собой следить, тогда б она не выглядела неряхой.

А полоска не седая, а белая.

– Ставлю пять баксов, что до нападения она не выглядела распустехой, – сказал Джек и покачал головой. – Это камуфляж, она как бы прячется. Наверняка она винит во всем себя. Почему нет? Возможно, кто-то еще винит ее в чем-то.

– Итак, снова открываем дело как незавершенное. Что вы собираетесь предпринять из того, что не сделал первый детектив? – спросил Гэвиган.