Каждый дар – это проклятие

Она как будто немного ярче сверкает, отражая огни фонарей.

– Я была рекой, Мэйв, как ты этого не поймешь?

Лили прикрывает глаза ладонями. Как будто отблески реки доставляют ей боль.

– Там полно костей. Костей, истертых почти до пыли; полно выпавших из карманов ключей, полоски кожаных бумажников, обглоданных рыбами. Это все было частью меня. Думаешь, мне не все равно? Что какой-то случайный парень, который рано или поздно умрет, поцеловал меня на вечеринке, а потом поцеловал кого-то еще?

– Да, – шепчу я.

 – Да. Потому что ты река, но ты также и девочка.

Она пристально смотрит на меня. Фиона уже ускорилась, обхватив себя руками, чтобы немного согреться.

– Фи, – зову я ее. – Не спеши.

– Я просто не понимаю, почему ты это сделала, – говорит она безэмоциональным тоном. – Чего ты на них налетела? Почему выдала их секреты?

Я борюсь, пытаясь найти слова, чтобы описать то, что и сама до конца не понимаю. – Лили…

– Вот хватит этого… – огрызается она. – Тебе это явно доставляло удовольствие.

Тебе нравится быть жестокой.

Я не перечу ей. Честно говоря, я даже не знаю, что сказать в ответ.

– Твой сегодняшний поступок будет иметь последствия, понимаешь? Ты вообще осознаешь это?

Паоло садится на ограду вдоль реки, склонив голову набок и рассматривая Фиону с выражением: «Ты как, в порядке, дорогуша?»

– Как поступит Бекки, когда поймет, что ее знакомые действительно ее презирают? Что будет с Холли и Фионном?

– Думаю, Бекки найдет себе новых знакомых, которые будут слушать ее, открыв рты, – отвечаю я, делая вид, что все просто.

 – Ну а Холли с Фионном, наверное, расстанутся. Или, не знаю, переживут как-нибудь. Как это делают «популярные» ученики и ученицы.

– Как? – резко спрашивает Фиона. – Наладить отношения в школе уже не получится. А скоро все разойдутся навсегда. Ты, возможно, только что изменила траекторию всей их жизни.

Чувство вины холодом погружается в желудок, черной змеей затягивается в узел.

– Не преувеличивай.

Кроме того, подумаешь, какие у них заботы. Не чета нашим. Подумаем лучше о нас.

– Да, – говорит она с отвращением. – Подумаем о нас.

Я надеялась, что после того, как мы придем ко мне, холод немного растает, но ошибалась. Девочки одалживают у меня обувь, вызывают такси и ждут в тишине. Атмосфера не улучшается, даже когда они садятся за мой кухонный стол, уставившись в свои телефоны.

– Холли ослепла, – пытаюсь я снять напряжение.