Таланты, которые нас связывают

Мы полностью увлечены настоящим, радуемся от души, как будто у нас наступил второй медовый месяц. К нам присоединяется Лили – похоже, она тоже веселится от всей души.

После очередной песни Ро сходит на танцпол и обнимает меня за талию.

– Выглядишь потрясающе, – говорит он, прижимая меня к себе.

Я поворачиваюсь к нему, слегка опьяневшая от представления, и страстно целую его. Сквозь дешевую лайкру его платья я ощущаю его жар, как мускулистые изгибы его рук еще больше выделяются под тонким материалом. К нам подходят Мил, Лайам и Ди.

Мил обнимает меня. Поначалу я боялась, что не понравлюсь ему, ведь я знаю, насколько крепкие дружеские связи между всеми участниками группы.

– «Мэй-дэй»! – восклицает Мил, еще крепче сжимая меня. – Вот это платье!

– Оно Фионы.

– Все равно выглядишь великолепно. Ну-ка повернись.

Я поворачиваюсь, хохоча и ощущая себя глупо. Потом взъерошиваю его пастельно-розовую прическу «пикси».

– Мне нравится.

Мил меняет прически с такой частотой, что каждый раз при нашей встрече мне хочется перекраситься в оранжевый.

На фоне таких причесок я кажусь себе до скуки банальной.

– Могу помочь с твоей. Цвет – серебристо-ведьминский.

– Нет, обесцвечивание не для моих волос, – отвечаю я, потягивая себя за темный локон. – Но все равно спасибо.

На сцену выходит Хонор Оун, и атмосфера в зале тут же меняется. Она шесть футов ростом, с блестящими зелеными глазами и настолько выступающими скулами, что они похожи на две отполированные клавиши фортепиано, прикрепленные к ее лицу.

Ее прическа и макияж стилизованы под моду 70-х, с волнистыми разводами на веках. Я понимаю, что для такой прически мои волосы слишком густые и пушистые.

– Привет всем! – говорит она, чуть более сдержанно, чем Ро, когда он на сцене. – Ну как вам «Маленькая частная церемония»?

Рев одобрения. Зал уже полон, все разогреты выступлением группы.

– Вот это я называю вокалист. Не хотелось бы побороться с ними за место у микрофона.

Ро улыбается – непонятно, то ли просто из-за похвалы, то ли из-за того, что Хонор воспользовалась местоимением «они».

Мы уже обсуждали с ним этот вопрос. Ро всегда говорил, что «он» для него – совершенно нормально, хотя и не совсем идеально, и что «они» не кажется ему более или менее неправильным. Я задумываюсь, не меняется ли его отношение прямо сейчас. Может, Хонор просто хотела проявить вежливость, не желая подчеркивать гендерную идентичность, поскольку сама она трансгендер.