Не лучшее время для знакомства

Они контролировали мой мозг и мое тело. Они и сейчас это делают.

– Нет. – Ава крепче сжала подушку.

– Это одна из форм психического воздействия, Ава, дело не только в моих мозгах и теле, все гораздо серьезнее. – Макс встал, взял в руки лампу с прикроватной тумбочки, выдернул шнур из розетки и снял абажур. Откинув его в сторону, он ухватился за оба конца металлической ножки лампочки и с легкостью согнул ее, а затем, взявшись за все еще горячую лампочку, приподнял и показал Аве. При этом он даже не поморщился.

У нее отвисла челюсть.

– Витамины доктора Арноффа. Люди становятся сильнее, быстрее, не чувствуют боль, – пробормотала она.

Он разжал пальцы, и искореженная лампа упала на пол.

– Значит, он вам говорил, – ухмыльнулся Макс, мельком взглянув на руку.

– Да, но сказал, что до завершения предстоит работать еще много лет.

Макс потер покрасневшую ладонь:

– Он закончил.

– Вы хотите сказать, – она свесила ноги с кровати, – что с помощью формулы доктора Арноффа можно создавать суперагентов, которых «Буря» отправляет на задания по всему миру?

– Да, но я предупредил, что они воздействуют не только на тело.

 – Он постучал пальцем по виску. – «Буря» залезла к нам в голову.

От переполнявших ее эмоций Ава сжала рукой покрывало кровати.

– Но как? Ничего подобного не было в нашей лаборатории.

– Это проходило в Германии во время собрания по подведению итогов, где мы собирались после каждой операции.

Ава сжала колени, просунула между ними сложенные руки и покосилась на дверь.

Возможно ли, чтобы Макс Дювал был сумасшедшим? Может, это массовые галлюцинации, а Саймон Скиннер стал первой жертвой? Она перевела взгляд на лампу, которую он согнул, словно железный стержень был всего-навсего тонкой соломкой. Итак, перед ней сумасшедший и очень сильный человек – опасное сочетание.

– А как они это делают?

Макс прищурился и стал пальцами обеих рук массировать виски.

– «Промывка мозгов». С помощью лекарств, гипноза и лечебного сна.

– Лечебного сна? Что это?

– Это я так его называю. Врачи подключают нас к аппаратам, сканирующим мозг, и вводят седативное средство. Говорят, что это для глубокой релаксации и снятия стресса, но… – Макс покачал головой.

– Что – но? – Ладони вспотели, и она вытерла их о покрывало.

– Это не работало. Мы не расслаблялись. По крайней мере, я и Саймон. Но после этих сеансов воспоминания становились какими-то странными.