Отель «Магнолия»

Обещайте мне, что вы будете и впредь собираться здесь, в гостинице, на пятничные вечерние посиделки.

Джолин взглянула в зеркало на стене – лет через сорок она будет выглядеть точь-в-точь, как ее тетя. Стоит заметить, что Шугар – или Шарлин Мэй, как ее нарекли при рождении, – невысокая и слегка полноватая блондинка с карими глазами, к своим почти семидесяти годам сохранила живой характер, в котором дерзость смешивалась с независимостью. Джолин чертовски гордилась бы собой, если бы ей удалось стать такой же.

Но отчаянный задор и кураж, унаследованные от тетушки Шугар по линии ДНК, пока не окупались.

Сколь бы странным это ни казалось, Джолин – убежденная трезвенница – работала в баре. Она понимала, что с отъездом тетушки ей придется подыскать новую работу, чтобы поддерживать гостиницу на плаву, а, стало быть, пятничные вечера будут заняты. Может, стоило подумать о том, чтобы перенести собрания их группы поддержки на другой день недели?

Джолин хорошо помнила пятничные встречи других групп поддержки, где дети зависимых родителей пытались понять, что происходит в их семьях.

Она не так часто посещала эти собрания. Когда босс предложил ей двойную смену в придорожной круглосуточной закусочной, она согласилась – деньги были для нее важнее душеспасительных разговоров.

Люси положила руку на плечо Шугар. Дотти и Флосси, сидевшие напротив, потянулись к ней через стол. Слезы вместе с черными потеками туши катились по щекам подруг, оседая в морщинках на пути к подбородкам.

– Черт возьми, Шугар! Не обращай внимания! – заговорила Флосси, вытирая слезы.

 – Это твоя мечта, и мы все рады, что ты ее осуществишь. Выбирайтесь отсюда и наслаждайтесь путешествием по всем Соединенным Штатам. Обещай присылать нам фотографии и звонить.

– Конечно, – пообещала Шугар. – А вы тут присматривайте за Джолин и Рубеном, хорошо?

– Будет сделано! – Голос Люси дрогнул. – Мне приятнее видеть, как ты уезжаешь в этом фургоне с Джаспером, чем смотреть на тебя в гробу, как это было с моим бедным старым Эзрой.

– Эзрой? – переспросила Джолин.

Дотти сняла руку с плеча Шугар и похлопала Джолин:

– Это ее последний бойфренд. Она сегодня и выпивает-то только потому, что в трауре, и потому, что Шугар покидает нас утром. А вечером, помяни мое слово, натрет мозоли на коленях в молитвах о прощении за все эти шоты.

– Иди к черту, Дотти, – прорычала Люси.

– Только если ты пойдешь со мной, – хихикнула Дотти.

– Ладно, хватит волнений, и больше никаких слез, – отрезала Шугар.