Сплетни нашего городка

Ничто не ускользнет от вездесущего ока этой девчонки.

– Я не кинозвезда, мама, и не заметила, чтобы папарацци дрались за право сфотографировать меня. Это Блум, а не Лос-Анджелес. И не такая уж я важная персона. – Она поерзала на сиденье. – Стало быть, Крикет все еще работает в кафе? Помню, она подрабатывала там, когда мы учились в старших классах.

– Отвечаю по порядку: в этом городе ты – кинозвезда, и да, она до сих пор там работает. Судя по всему, она не страдает особым честолюбием, если только дело не касается распространения сплетен.

Ее брат, Рик, вернулся в Блум пару лет назад после службы в армии. Говорят, ему здорово досталось, когда рядом с ним взорвалась бомба. Теперь он обычный фермер. – Шарлотта хлопнула ладонями по рулю. – Черт возьми! Амос закрывает книжный магазин. Наверняка уже спешит в библиотеку, чтобы открыться после обеда. И поделиться байками с Летти и Надин Клиффорд.

– Они еще живы? Разве им не за девяносто?

Шарлотта кивнула.

– Думаю, одной из них девяносто, а другая помоложе, ей восемьдесят семь или восемьдесят восемь.

Но, поверь мне, обе доживут до ста лет и, пока живы, будут трепать языком, особенно если это имеет какое-то отношение ко мне или моим предкам. Этим старым сплетницам давно пора в могилу.

Легче изменить направление ветра в Западном Техасе, чем переубедить Шарлотту, поэтому Дженни Сью перевела разговор на другую тему.

– Ладно, мама, так что за легенду ты придумала?

Шарлотта свернула на дорогу, ведущую к поместью Бейкеров.

– Ты приехала погостить. Перси за границей, по работе, а твой маленький спортивный автомобиль в ремонте. Все просто, но думаю, это сработает. Никто не должен знать, что Перси тебя бросил, как и то, что у тебя был ребенок – или, хуже того, что с тех пор ты живешь отшельницей.

– Отчасти так оно и есть. Я здесь действительно ненадолго. Я получила диплом и готова работать. Кстати, собираюсь попросить папу взять меня на работу.

– С ума сошла! – Голос Шарлотты взвился до пронзительного визга, что обычно служило прелюдией к ее знаменитым истерикам.

– Да, возможно, и, если у него нет ничего подходящего для меня, разошлю резюме и найду работу где-нибудь еще. И, мама, почему бы просто не сказать правду, когда тебя спрашивают? Именно так я и собираюсь поступить. Мне плевать, что обо мне будут думать или говорить.

– Ты этого не сделаешь! – взорвалась Шарлотта. – Мне придется самой выкручиваться, чтобы мое имя не втаптывали в грязь.