Сплетни нашего городка

– Да, я перечитал роман заново, – ответил Амос. – Знаешь, Дженни Сью чем-то напоминает мне Скарлетт. Она берет все в свои руки. Мне это нравится в женщинах. Моя милая женушка Айрис была такой же. Она не позволяла никому, даже мне, указывать, что ей можно делать и чего нельзя. Видит Бог, эта женщина была упряма, как косоглазая ослица в грозу.

Рик кивнул.

– Да, могу себе представить, но я знаю еще одну женщину здесь, в Блуме, такую же упрямую.

– Если ты обо мне, то лучше не начинай. Если хочешь знать мое мнение, Амос, так Дженни Сью – просто наглая выскочка, – заявила Крикет.

– Добрый вечер, Амос. Я рада, что успела добраться сюда до закрытия. – Дама положила книгу на стойку регистрации. – Терпеть не могу задерживать возврат книги. Ты слышал, что Дженни Сью Бейкер собирается работать уборщицей у сестер Клиффорд?

– Ты готова ехать домой? – под шумок спросил Рик у сестры.

– Через несколько минут, – ответила Крикет.

– Я ценю хороших читателей, Джойс. Расскажи мне, что ты слышала. – Из-за своей тугоухости Амос говорил так громко, что его могли слышать и с улицы.

– Библиотека уже закрывается, да и у нас с тобой дел невпроворот, – напомнил сестре Рик.

– Ох, ладно. – Крикет метнула в его сторону неприязненный взгляд и, уже у самой двери, бросила через плечо: – Увидимся.

Амос помахал ей рукой, увлеченный разговором с Джойс. Рик задался вопросом, не горят ли уши у Дженни Сью.

Глава третья

– Ты похожа на свою бабушку, Веру Бейкер, – сказала Надин, вручая Дженни Сью ключи от внедорожника.

 – Самая милая женщина из всех, кого я когда-либо знала. Ничего общего с уилширской ветвью твоей семьи. Боже мой, я помню, как всякий раз, когда мы устраивали семейные поминальные ужины в церкви, она настаивала на том, чтобы принести три или четыре десерта вместо того, чтобы полностью отменить десерт, а еще она обожала работать в саду. Иногда она приносила в церковь мешки овощей и оставляла их на столе при входе, чтобы прихожане могли брать себе сколько захочется.

Летти кивнула.

– Печальный день, когда она покинула эту землю.

Надин была высокой и худой как жердь, а ее голубые глаза сияли живым огнем. Седые волосы она убирала в пучок на макушке. Сестры совсем не походили друг на друга – ни в чем.

– Спасибо тебе, Иисус, что послал нам экономку и водителя. Я чуть с ума не сошла, думая о том, что придется просидеть дома еще один день, – сказала Надин, устраиваясь на заднем сиденье и пристегиваясь ремнем безопасности.