Новая Ты

 – Ну, пожалуйста!

Если не остановить его, он так и будет ныть, предлагая мне золотые горы, поэтому я повторяю:

– Мне не нужны твои деньги. Скажи номер домработницы.

До него наконец доходит.

– Дженнифер. Она есть в контактах.

Нахожу «Дженнифер Уборка», рядом с «Дженнифер Сиськи», «Дженнифер Большие сиськи» и «Дженнифер Без сисек», и пишу: «Джен, завтра у тебя выходной. Тут работа для клининговой службы. Извини, если разбудил».

Ответ прилетает тут же:

«Спасибо!»

С делами покончено. Пришло время повеселиться.

Приказываю Хендерсону прекратить ныть. Он умоляет отпустить его, но я непреклонен. Снова начинает орать. Усаживаюсь на его шикарный белый офисный трон.

– Когда она тебе это сказала?

– Отпусти меня, мать твою!

– Когда она тебе это сказала?

– О чем ты? У меня в сейфе пятьдесят кусков – отпусти!

– Я говорю об Эми.

– О ком?

– Об Эми! – срываюсь я. – Хватит дурака валять! Сам рассказывал о ней на гребаном шоу, и сегодня тоже. Не надо делать вид, что ты не понимаешь, о ком я.

Он сглатывает. Кивает.

– Что ты хочешь знать?

– Когда вы познакомились?

Его нижняя губа начинает дрожать.

– Это что… Ты из Сети?

Молча смотрю на него. Как можно быть таким идиотом?

– Нет. Я из реального мира.

Снова орет и вырывается. Я думаю о будущем. Представляю, какая шумиха поднимется в Интернете, когда станет известно о безвременной кончине этого бездарного кумира молодежи. Кто-нибудь сольет информацию о секретной коробке с фотками бывшей жены, и эксперты-психологи примутся вещать про частые депрессивные расстройства у комиков.

Общественность будет потрясена тем, что Хендерсон решил покончить с собой на пике карьеры. Чужой суицид настраивает живых на философский лад. Так и слышу, как начнется:

«Это лишний раз доказывает, что деньги не главное».

«Не разведись он, все было бы иначе».

«Слава богу, хоть детей не оставил».

«Как жаль, что не осталось детей».

«Бедная его мать…»

«Надо же: в свой последний вечер он хвастался, что очень счастлив».

Наконец Хендерсон затихает. Тяжело дышит, потеет.

– Чего ты хочешь?

– Я уже сказал. Как ты познакомился с Эми?

– Ты что, ее парень?

– Я хочу знать, как ты познакомился с Эми.

Кивает. На одеяле ни одного пятна от черники. Впрочем, денег у него полно, так что постельного белья тоже наверняка завались. Простыни такие нежные и мягкие, что даже те, которые понравились Эми в Литтл-Комптоне (когда мы еще были вместе), показались бы грубыми.