Модус скитальцев

Ролдан намеренно не активировал дополненную реальность, зная, что это пробудит от спячки тысячи кислотных меток, обязанных привлечь внимания пешехода. Их существование зависело от количества зрителей, что обратят на них внимание.

Жестокая правда жизни, мотыльки внимания. Они сами стали пламенем, чтобы заманивать прохожих.

Ролдан сунул руки в карманы под дождевиком, сгорбился и пошел вперед. Дождь стучал по макушке, рассекая волосы на отдельные рыжие русла. Бледная кожа стала еще бледнее, защищая тело от излишней потери тепла.

Дождь забрался под простую одежду, лишенную климат контроля. Направляясь в заведение, где предпочитают стимуляторы, Ролдан облачился в простой наряд. Его не жалко. Но темные желания, порождаемые где-то в позвоночнике, заставили его выйти именно здесь.

Пройдя не больше сотни шагов, Ролдан увидел неоновую вывеску. Синий цвет заманивал в подворотню, обнадеживая прохожего, что тот найдет там холод и одиночество.

Что и требуется.

Мир, лишенный улыбок, слов, знаков. Ролдан нырнул в подворотню, за мгновение перестраивая зрение. В синь его манила вывеска «Темного купера», что бы это ни значило. Так тому и быть.

Глава 3

Свет стекал с неоновой вывески, меняя окружение вокруг.

Стены из старого камня, грубого и острого, намеренного нанести раны попавшим в подворотню. Несколько пластиковых столов, намертво вбитых в мостовую. Повредить их невозможно.

Вход в заведение располагался за трехступенчатым крыльцом. Из того же камня. Реставрацию намеренно не проводили, оставляя за посетителями право рухнуть лицом вперед на выходе.

Сама вывеска имела скос, будто просела на ослабленных болтах. Несколько болтов действительно раскручены, как пригляделся Ролдан. Только эти болты не несли никакой функциональной нагрузки, а следы ржавчины на других имели явно художественное исполнение.

Ухмыльнувшись, Ролдан взошел на крыльцо, с каждым шагом ощущая, что атмосфера заведения проникает все глубже. Буквально сжимает ледяными щупальцами. Дождь в подворотне не лил бесконечным потоком, но собирался в тугие струи, что с гулом неслись к ливнёвкам. С карниза сплевывала на прохожих многозвонная капель.

Дверь не открылась перед вошедшим. Еще один штрих общей картины.

Ролдан толкнул кончиками пальцев створку. Она не поддалась.