Обжигающие ласки султана

При этом она только сегодня утром прилетела из отпуска и большую часть дня провела в тепле своей машины. Габи делала всю работу.

Теперь она сглатывала слезы, глядя вслед Бернадетте, которая удалялась, не забывая по пути завязывать знакомства. Она прекрасно знала, с какой стороны масло на хлебе, и очаровывала всех, кто может быть ей полезен. Она подошла и к Алиму; Габи видела, как она вскидывает руки в жесте ложной скромности, несомненно принимая поздравления с превосходным приемом.

А Габи стояла и мечтала, как однажды будет делать это сама.

Как однажды сможет назвать такой вечер своим успехом и принимать поздравления Алима.

Такой он ее и увидел – потерянной в мечтах. Алим шел к ней и, когда Габи повернулась, улыбнулся. Габи просияла.

Вся критика исчезала, когда Алим смотрел на нее.

Ни один мужчина не вызывал у нее таких чувств; ни один не смотрел так, что ей казалось, что ей не нужно ничего в себе менять. Достаточно было одного взгляда Алима.

– Могу я попросить… – сказал Алим бархатным голосом.

Габи настолько потерялась в мечтах, что отложила планшет и инстинктивно сделала шаг навстречу.

– С удовольствием.

И немедленно пожелала, чтобы земля расступилась и проглотила ее.

Конечно, он не протянул руки навстречу. Габи показалось – как глупо! – что он приглашает ее на танец; но это была унизительная ошибка. Худшая в ее полной неловких моментов жизни.

– Мы на работе, Габи, – вежливо напомнил Алим. Но это не могло спасти ее от стыда.

Конечно, он не стал бы приглашать ее на танец.

– Могу я попросить тебя на пару слов? – спросил он взамен.

Глава 3

Как стыдно! Габи хотела провалиться сквозь землю. Но когда Алим желал с кем-то поговорить, люди соглашались, даже если предпочли бы сбежать.

– Я могу понадобиться невесте, – ухватилась за отговорку Габи. – Бернадетта только что ушла.

– Я знаю. – Алим по пути на улицу подозвал кого-то из персонала и сообщил, где их искать. – Если ты кому-то понадобишься, тебя позовут.

Они вышли из бального зала и сели за стол в стороне; когда к ним направился официант, Алим жестом отослал его.

Это был деловой разговор.

Однако в синих глазах Габи блестели слезы неловкости, и всю открытую кожу заливал румянец отчаянного стыда. «Бедняжка», – подумал Алим.

Он привык к тому, что нравится женщинам, для него это было буднично, хотя обычно женщины вокруг были опытнее. Но Габи должна это знать…

– Свадьба и прием прошли превосходно, – сказал он.