Притворись моим мужем

Что это значит?

– Понятия не имею, – пожал плечами отец. – Может, она просто хотела сделать тебе приятное? В конце концов, ты ее постоянная покупательница.

Но Софи не понравилось, что он пытается отмахнуться от вопроса.

– Нет. Дело не в этом. Когда я вошла, все сразу смолкли. Думаю, это как-то связано с тем, что я выхожу замуж за Люку.

– Что в свертке? – сменил тему Пауло.

Вынув из сумки купленные продукты и достав несколько тарелок, Софи пояснила:

– Это подарок от Беллы на день рождения – платье для моей помолвки.

Она подарила мне его заранее. Сейчас приму душ и примерю. – Нарезая батон и стараясь, чтобы голос звучал ровно, Софи добавила: – Отец, помнишь, ты обещал, что мамины драгоценности достанутся мне, когда состоится моя помолвка?

– Я сказал, что ты их получишь после свадьбы.

– Нет, – поправила его дочь. – Много лет назад ты обещал, что подаришь их мне на нашу с Люкой помолвку. Можно я возьму их уже сейчас? Ну пожалуйста! Я хочу посмотреть, как они выглядят с моим новым платьем.

– Софи, я только что сел…

– В таком случае я сама их принесу, если ты скажешь, где они лежат.

Но тут зазвонил телефон, и Пауло с облегчением воспользовался этим предлогом, чтобы выйти из кухни.

«Вечно он находит какие-то отговорки!» – подумала Софи. Столько лет она просит отца подарить ей серьги и цепочку ее матери, но тот каждый раз находит отговорку.

– Отец… – начала она, когда тот вернулся в кухню.

– Не сейчас. Мальволио срочно хочет со мной встретиться.

– Но сегодня ведь воскресенье.

– Он сказал, что необходимо обсудить что-то очень важное.

– Неужели это не могло подождать до понедельника?

– Хватит, Софи! – отрезал Пауло. – Не мне подвергать сомнению его решения.

– А почему бы и нет? – с вызовом бросила Софи. Ей надоело, что отец ведет себя, словно марионетка Мальволио. От этого уже тошнило. – И по какому же поводу сбор? Или это всего лишь отговорка, чтобы весь вечер просидеть в баре?

К ее удивлению, отец рассмеялся:

– Вот так же когда-то говаривала Роза.

Ты так ее напоминаешь!

Все говорили Софи, что она похожа на мать, но та умерла, когда девочке было всего два года.

– Вот. – Пауло вложил в руку дочери небольшой мешочек. – Это ее драгоценности.

Софи тихо ахнула и взглянула на отца: на его побледневшем лице выступил пот.

– Это так много для меня значит!

– Я знаю, – дрожащим голосом ответил Пауло. – Но тут только ее серьги.