Сицилийская Золушка для мачо

Но Софи сказала, что они расстались и она отправляется в Рим. Она звала с собой и Беллу, но та отказалась, потому что не могла оставить свою мать.

Мария к своим тридцати четырем годам превратилась в слабую, болезненную женщину, хоть она и скрывала это всеми силами. Маттео заявил, что, если проблема в этом, она может взять Марию с собой.

Он позаботится о них обеих.

Белла села на смятую постель, одетая лишь в свою улыбку.

– Самолет взлетает в девять… – сказал Маттео, усевшись рядом, и заправил ей за ухо длинный локон.

 – Пожалуйста, будь на месте. – Он пристально посмотрел в ее живые зеленые глаза, которые, вероятно, очень скоро станут выцветшими и пустыми, если она останется в родном городе.

– Если ты утром не уедешь, Мальволио настигнет тебя в баре, но тогда уже меня не будет рядом…

«Чтобы тебя спасти».

Он не произнес этого вслух, но его слова повисли в воздухе.

– Если ты останешься, – продолжил Маттео, – то будешь и дальше работать, а я признаюсь тебе, Белла, что не хочу встречаться с проституткой.

Бывших путан не бывает.

– У тебя какие-то двойные стандарты, – заметила Белла.

Он покачал головой:

– Нет… Просто я так чувствую. Я хочу начать с чистого листа, Белла. Этой жизнью я сыт по горло. Мальволио требует, чтобы я с завтрашнего дня начал мстить людям, которые высказывались против него во время судебного разбирательства…

Белла вздрогнула.

Мальволио, Лука и отец Софи Пауло находились в тюрьме последние полгода, ожидая приговора: свидетельств против Мальволио было найдено немало.

Горожане верили, что выдвинутых обвинений окажется достаточно, чтобы мерзавца упекли в тюрьму до конца его дней.

Но Мальволио вернулся и снова взял власть в свои руки.

– Я должен выбраться отсюда, потому что не хочу воплощать в жизнь его планы, – подчеркнул Маттео. – Убив однажды, ты навсегда убийца. А я не желаю стать убийцей. Я хочу жить по законам и добиваться успехов. Мне и без того трудно забыть свое прошлое, а твое уж точно станет дополнительным грузом.

Его слова были жестокими и… честными.

Он предлагал ей выход и, не зная, согласится она или нет, пояснил доходчиво, что это ее единственный шанс.

– Согрешив однажды, навсегда…

– Знаю, – оборвала его Белла.

– Хорошо. Чтобы ты поняла: у меня нет двойных стандартов. Я никогда не платил за секс. Прошлая ночь никак с деньгами не связана. – А ведь Маттео опустошил ради нее свой кошелек.