Влюбиться после свадьбы

Раф встречал много людей и обладал врожденным умением быстро и лаконично определять их характер.

Например, вчерашняя горничная – неряшливая.

Консьерж Пино, который сегодня утром предложил ему побегать, – мудрый.

Его оценки были стремительными и точными. Взглянув на сегодняшнюю горничную, он вспомнил, что спрашивал ее имя. И в то утро он не смог охарактеризовать ее одним словом.

Он получил сотрясение мозга, но сегодня ему намного лучше. Глядя в ее грустные глаза, он по-прежнему не мог подобрать для нее слово.

Их разговор прервался, но не закончился, потому что вместо того, чтобы выйти на балкон и спуститься по лестнице на территорию внизу, он наблюдал, как, застелив кровать, горничная направилась к столику, взяла свой блокнот и поставила галочку в списке.

– Значит, вы учитесь на массажистку? – спросил он.

– Да. – Она кивнула. – Хотя пока работаю под присмотром. Но я умею делать маникюр.

– Ненавижу маникюр.

Антониетта знала: существует два типа мужчин, которым делают маникюр.

Те, кому он необходим из-за работы, и те, кому его делают с рождения. Рафу его делали с рождения, она была совершенно уверена в этом.

Она поборола желание подойти и рассмотреть его руки и просто взглянула на них сверху вниз. У него были изящные длинные пальцы с очень аккуратными, красиво ухоженными ногтями.

– Я скучаю во время маникюра, – сказал он.

Антониетта улыбнулась.

«Девушка с самыми грустными глазами улыбнулась. А улыбнувшись, она стала еще великолепнее», – подумал Раф.

Ее карие глаза сверкали, а пухлые красные губы обнажили белые зубы.

«У нее красивые губы», – размышлял Раф.

– Мне бы не разрешили делать массаж постояльцу в «Августе».

Он собирался сказать, что сожалеет об этом, но побоялся отпугнуть горничную.

Она очаровала его. Ему нравился их непринужденный разговор. Хотя он собирался побегать, чтобы собраться с мыслями, теперь он продолжает болтать, пока она убирает номер.

– Вы здесь выросли? – спросил он.

– Да, но я долго здесь не жила.

– Насколько долго?

– Пять лет, – сказала Антониетта. – И хотя мне нравилось путешествовать, я поняла, что нельзя скитаться вечно. Дом есть дом, хотя сейчас он совсем другой. И отель изменился, в нем больше постояльцев и работы.

– Поэтому вы вернулись?

– Нет. – Антониетта резко оборвала разговор.

Обычно на обслуживание номера люкс уходил час и пятнадцать минут.