Моя красавица

В коридоре не прекращалось движение, бухгалтеры и менеджеры компании, наслаждавшиеся бездельем в отсутствие Алекси, вдруг начали судорожно звонить Кейт, назначать встречи и писать оправдательные письма на имейл.

Сама Кейт тоже сидела как на иголках. Хоть ей и удавалось сохранять внешнее спокойствие, ее сердце под новым пиджаком билось, словно пойманная птица, и, если бы не новая помада, она бы давно искусала себе все губы от волнения. Хоть ее разум и твердил, что она должна взять себя в руки, тело отказывалось его слушать.

Она почувствовала его присутствие, его запах еще до того, как он вошел.

– Алекси, что вы здесь делаете? – Кейт не нужно было изображать изумление, когда она увидела стоящего в дверях босса. Последний раз она видела его на фотографии, сделанной каким-то папарацци несколько месяцев назад и проданной за полмиллиона долларов. На ней был изможденный, бледный человек, лежащий в больничной палате где-то в Вест-Индии, и именно его, бледную тень прежнего Алекси, она ожидала увидеть сейчас.

– Как я рада вас видеть, Алекси, – промурлыкала Лавиния, ассистентка Алекси. – Нам вас очень не хватало.

Он кивнул в ответ и направился в свой кабинет. Уже закрывая за собой дверь, он потребовал кофе, но, когда Лавиния подскочила, чтобы приготовить его, он отрицательно покачал головой:

– Нет, Кейт.

– Бедняжка, – притворно посочувствовала ей Лавиния, наблюдая, как Кейт колдует над кофеваркой. – Если Нина узнает, что ты как-то поспособствовала его возвращению, она превратит твою жизнь в ад.

– Но я этого не делала. И в любом случае глава компании Алекси, а не Нина.

– На этой неделе, – усмехнулась Лавиния. – Неужели ты не чувствуешь, что грядут большие перемены? Дни Алекси на этом посту сочтены.

«И именно поэтому ему пришлось вернуться», – мысленно откликнулась Кейт.

Когда самый молодой мужчина семейства Коловски и глава их модного дома попал в ужасную автомобильную аварию и балансировал на грани между жизнью и смертью, все население Австралии затаив дыхание следило за его состоянием. Распространялись слухи о необходимости ампутации ноги, о страшном повреждении мозга, но они не подтвердились. Но все-таки он был тяжело ранен, и ему требовалось время на реабилитацию.