Хроники забытых миров

В чаще леса, скрытой от посторонних глаз, путник устроил привал, перекусив уже подсохшим хлебом, приклонился к огромному дереву, разные мысли и образы стали посещать его, глаза закрывались от усталости, и витязь не смог побороть сон, провалился в него.

***

– Доброе утро старик, ты не видел, Лану, все утро ее ищу? – встретив старосту, начал Вольга.

– Нет, не видел, – ответил Некрас. – Говорят, она пошла куда-то в лес, собирать травы, но не волнуйся, с ней Карп и Нима пошли. К вечеру вернуться.

– Хорошо, – сказал витязь, у которого немного отлегло на сердце.

 – Старик, мож помочь чем, а то слоняюсь без дела, не знаю, чем заняться.

– Отдыхай, пока можешь, твои раны еще не до конца зажили, – сказал староста, но едва завидев старого друга, прокричал: – Мит! Мне помощь твоя нужна! Пойдем, Кош опять поранился.

– Вот не путевый ребенок, – проворчал старый лекарь, – лучше б за дитем больше следили, чем вдвоем дочке твоей помогать.

– Не ворчи, старый лис, молодые они еще, пусть помогают, – с улыбкой ответил Некрас.

– Отец, – обратился Вольга к старому врачевателю, немного перебивая их беседу, – а ты не видел, куда они пошли?

– Нет! – отрезал Мит. – Я что, следить за ними должен! Идем уже скорее! – продолжал ворчать лекарь.

Раненый воин, немного опешил от дерзкой речи старика, но нашел в себе силы промолчать, как вдруг, он оказался один, посреди белого тумана. Повернув голову, он увидел того самого зверя. Его кровавый оскал искал новую жертву. Страх окутал сердце воина, и не позволял двинуться с места, но и огромный волк больше не медлил, и напал.

Вольга закрылся руками и почувствовал жуткую боль, но тут же проснулся. Холодный пот сходил ручьем, а сердце переполнялось тревогой. Где-то в лесу раздался громкий хруст переломившейся ветви. Вороны, что сидели и вили гнезда рядом с деревушкой, резко взлетели в небо, громко каркая, а воин настороженно крутил головой, вглядываясь в темноту.

– Пора, – раздался шепот.

Вольга подумал, что еще не отошел ото сна, и чтобы окончательно его прогнать, сделал пару глотков холодной воды, и налив немного в ладонь, умыл лицо.

Было уже довольно темно, и витязь как можно медленно, и как можно тише и осторожней, выбрался из своего временного убежища, стараясь двигаться бесшумно, ведь каждый хруст веточки звенящая тишина разнесет далеко вокруг. Пробираясь сквозь деревья и высокую траву, он вышел к той дороге, по которой шел днем. Чтобы никто не увидел, воин решил продолжить двигаться в высокой траве.