S-T-I-K-S. «А» – значит атомиты!

Я разглядывал оказавшуюся в руках небольшую книжицу, собранную из обычных листов формата А4, разрезанных пополам и по-простецки скреплённых скобами из офисного степлера. Как он сказал? «Другой мир»? Так вот, на иномирный артефакт самоделка не тянула – выглядела она совершенно несолидно и вызывала мысли о розыгрыше.

Открыл. Пошелестел страницами. Шрифт был мелкий, убористый, язык сухой. Вся информация из брошюры вошла в меня быстро, как в сухую землю. Я даже забыл, что читать слишком темно, так как глаза прекрасно видели.

Минут двадцать у меня ушло на то, чтобы узнать всю теорию о видах заражённых, кластерах, Дарах, способе приготовления живуна и гороховки. Но в книжечке не было главного – что со мной? Почему я потерял память? Почему я боюсь солнечного света? Что за энергию я чувствую? Почему стал так хорошо видеть в темноте, что с лёгкостью прочёл убористый шрифт в подсобке без окон, где темно, должно быть, даже в солнечный день?

Поверил ли я написанному в самодельной книжице? А какой у меня был выбор?

По дороге назад я видел ночное небо, которое отличалось от земного.

Монстры, зомби и живун, который мне помог, наполнил тело энергией, а мышцы силой. Голова прошла, меня больше не тошнило. Есть, правда, снова захотелось, но это как раз пока не было проблемой. Я вскрыл нарезку бекона и сыра, пошелестел вакуумной упаковкой обезвоженных хлебцев и соорудил себе бутерброды. Запил всё минералкой.

Пока ел, даже не почувствовал, как вывалились два зуба. Поначалу я испугался и опечалился, но потом нащупал, что на смену выпавшим уже растут новые острые гребешки.

Об один я больно уколол подушечку пальца. Надо будет спросить у мужика… Странно: он не представился, да и моего имени гость не спросил. Всё равно надо будет у него уточнить, что со мной происходит. Вдруг он знает… За всеми этими занятиями я увидел, как начался рассвет. Надел наволочку на голову, просто на всякий случай, чтобы солнечные лучи даже случайно не коснулись ставшей болезненно чувствительной кожи.

Я сидел в кресле, погрузившись в полное безмолвие и наблюдая за игрой теней, отбрасываемых листьями за окном, которое я так и не смог закрыть.

Вот и всё. Приехали!

Я в другом мире. Надежды на возвращение к прежней жизни нет. От этого было невыразимо горько, но вместе с тем того себя я с собой нынешним уже не ассоциировал. Вот он я. Я здесь. Может, я и был когда-то Арком – Аркадием Солнечниковым, проблемой которого была невеста не того цвета кожи. Но теперь я не чувствую себя им.