S-T-I-K-S. Богиня смерти-II

Атомиты из Карьерного сами гоняли атомитов безумных и диких, презрительно называя их «индейцы». Если это было не домогательство, тогда что это? Ответ напрашивался сам собой – проверка.

Кали понимала, что представление вышло у нее довольно сумбурным. Что-то красноречивое просто не приходило ей в голову. Пожалуй, впервые она задумалась, что, оказывается, вести переговоры отнюдь не так-то просто, как ей представлялось. Сама натура Кали подталкивала к действиям. Может поэтому она и в предыдущих командах всегда была не на первых ролях.

Нет, её ценили, как хорошего, но специфического бойца, однако командовать кем-то и нести хоть какую-нибудь ответственность ей не доверяли.

Кокос всегда предлагал взятки, когда ему нужно было договориться о чём-либо с кем-либо. Коррупция, она плоха только тогда, когда у тебя нет средств дать на лапу. Если же средства имеются, то же самое мерзкое явление позволяет сократить путь из точки «а» в точку «б» и снять любые вопросы.

Хорошо бы что-то предложить этому увальню, а иначе, зная буйный характер мутантов, можно реально напроситься на драку. Нужно ей сейчас кровопролитие? Пожалуй, нет.

– Если могучий Пумба пропустит меня к «главному генеральному директору господину», то в знак моей благодарности сможет получить от меня скромный дар – два спорана. Могучий Пумба сможет пойти в бордель и снять там себе любую мутантскую красавицу, и она будет делать Пумбе приятно в любое время когда тот пожелает.

Или Пумба может пойти в кабак и набить своё брюхо мясом и алкоголем. – Последнюю фразу Кали сказала, уже еле сдерживая отвращение.

Как ни странно, но отвращение она испытывала не к похотливому атомиту и не к крахоборству, в котором сейчас принимала участие, а к самой себе – из-за того, что докатилась до взяток мутантам.

Громила, выслушав ответ, заинтересованно хрюкнул и пробормотал что-то. Мучительная работа мысли отобразилась на клыкастой морде охранника.

– Могучий Пумба пропускать твоя к главному генеральному директору господину, – наконец изрёк он веско, но всё впечатление смазал давший петуха голос. – Если Кали давать три спорана…

Для того, чтобы мелкая человечка лучше поняла смысл сказанных слов, страж лениво поднял левую четырёхпалую кисть, до этого спокойно лежавшую на стволе пулемёта, который висел на его могучей шее, и показал три пальца, больше напоминавших сардельки.