Грех извне

Метнув копье, Борд повернулся к оставшемуся рекруту.

– А теперь иди туда, – воин указал рукой, – возьмешь копье и вернешься. Понял?

Парень кивнул.

– Язык отсох?

– Понял.

– Дуй, давай, – подзатыльник для скорости.

Хотя, может, не стоило. У паренька и так что-то не в порядке.

Воин не стал дожидаться рекрута, взял и свою поклажу, и оба мешка с сухарями. Он догнал отряд и пристроился в арьергарде, тяжело дыша. На предложения помощи он только рычал в ответ. Все равно никто не заберет лишний мешок.

Ничего. За два дня пути он опустеет.

Солнце так и не пробилось из-за облаков. Зато со стороны болот доносился тошнотворный запах тепла. Дышать тяжело. Лагор не командовал привал. Пройдя сотню шагов, начальник задержался, пропуская пеших воинов. Он оценивал их состояние, а так же общую боеспособность отряда.

Из двух десятков, вышедших с болот, уцелело восемь человек. Девять. Рекрут с дротиком успел нагнать отряд. Борд оставил ему копье и передал один из мешков с сухарями. Копье – и почесть, и лишняя ноша.

Лагор не знал, чего больше в поступке старого воина.

Начальник хотел переговорить с замыкающим, но в присутствии паренька не счел это разумным. До ближайшей остановки. Всадник вернулся в середину. В колону он не вклинивался, шел к югу от цепочки пеших. Выбор не случайный. Вероятная опасность исходит со стороны болот, а к югу редколесье. Всаднику там проще действовать. Заметить приближение врага не составит труда.

Шли долго. Остановились раз на краткий привал.

Раздали сухари, которыми заведовал Борд. Воин доставал черствый хлеб из мешка паренька, что тащился за ним. Считая, поди, что попал в ученичество к матерому бойцу.

Возможно, так и было.

Борд подчиняясь какому-то порыву даже сделал перевязь, чтобы паренек мог тащить копье за спиной, а не в руках.

Черствые сухари приходилось долго обсасывать, прежде чем их удавалось проглотить. Жевать их невозможно.

– Проще их как снаряды использовать, – посмеялся воин.

Обычная шутка, на которую ответили привычными смешками.

Это не помогло разрядить обстановку. Усталость и раны накапливались. Упросить Лагора на дневку никто не решался. Пусть уж раны потерпят до ужина. Когда и огонь разведут, и времени будет больше.

Усталость поможет забыть о боли и приманит добрый сон.

Вскоре они продолжили путь, идя все дальше на восток. Крепость владетеля этих земель располагалась на юге. А что находилось в других частях света уцелевший рекрут не знал.