Грех извне

Камни все еще оставались скользкими, идти по ним трудно. Ноги постоянно оскальзывались. Вытертые поколениями камни мостовой, смазанные скользкой массой создавали неудобства прохожим. Лагор спешился, хотя скривился, коснувшись сапогами мостовой.

Его коню приходилось тяжелее. Подкованные копыта не находили ровной поверхности, животное приходилось тянуть вперед, иначе оно отказывалось идти. Высокомерный явно был против посещения этого городка. Уговоры на него не действовали.

Появился уклон в сторону ворот. Отряд взбирался на холм, с которого в нижнюю часть города стекали отходы.

Отряд вышел на часть древней мостовой. Сбитые камни, выровненные временем и осадками. Улица раздалась в стороны. Фасады домов со страхом отвернулись от площади, на которую выходили.

Большая площадь, главное торжище города. Пространство не пустовало, занятое несколькими палатками, где продавали ремесленные товары. Не местные, а привозные. Горожане продавали свои товары в собственных лавках или отправляли их заказчикам.

С севера распластался храмовый комплекс, пригвожденный шпилем. Сооружение невиданной архитектуры, невозможной и непонятной. Как говорили старожилы, шпиль построил приглашенный из столицы мастер. Секреты своего ремесла он не передал местным. Те могли лишь подлатать шпиль, но если тот обрушиться, восстановить уже не смогут.

Северная часть образовывала храмовый квартал, занятый не только культовым сооружением. К нему примыкали десятки построек, где жили и работали служки. Имелись там и ремесленные мастерские, гильдия переписчиков.

От площади и всего города квартал отмежевался стеной в человеческий рост. Пересекать границу мирянам позволялось в трех местах. Один из входов – высокие ворота, украшенные деревянными рельефами, служили указателем всем пришедшим.

Выйдя на площадь, первым делом видишь треугольник храмовых ворот. С фриза на мирян взирают слепцы, местные святые. Чужаки не знали деяний этих благословенных людей.

На юге находилась ратуша. От горожан она защищена небольшой стеной, к ней как поросята присосались дома знати.

Как благородный он понимал, что веры людям своего круга нет. Храмовникам серебро он сдать тоже не мог. Те сразу наложат на слитки руку, признают даром. Чтобы заручиться помощью Хранителя, это благой поступок, но у начальника были другие планы.

С отрядом он направился в восточную часть площади. Хотя эти направления условны.