S-T-I-K-S. Пройти через туман

Без слов она пробежала расстояние, разделявшее нас, и со слезами бросилась мне на шею.

– Он меня закинул в щель… Илья! – всхлипывала тихонько она, захлёбываясь рыданиями, – А сам потом… Илья! На меня навалился… А чудовище! … Илья!

Я осторожно поднялся с колена и неуклюже обнял хрупкую девчонку одной рукой.

– Тише-тише, Анечка, – попробовал успокоить её я, – Где жандарм?

Из новой порции всхлипываний я понял, что он ранен, и поспешил посмотреть, насколько всё плохо.

В узкой щели между гаражами скверно пахло непередаваемым амбре общественного туалета, свежей крови, разлитой неизвестно когда соляркой и стрелянным порохом.

Плохо это не то слово. Нужное нецензурное слово произнёс себе под нос несколько десятков раз, пока вытаскивал жандарма из щели, в которую он забился.

Тварь достала его всего лишь один раз. Икра, совсем ещё молодого парня была развалена вдоль до кости. Что делать с такой раной, я не представлял. Верней, представлял. Первое – наложить жгут выше места повреждения, написать на бумажке время и сунуть её под жгут.

Второе – вызвать карету скорой медицинской помощи. Всё. Дальше не нужно лезть своими грязными руками в раны, всё, что необходимо – дождаться квалифицированных врачей, и пусть проблемой занимаются профессионалы. Но что делать, когда твой мобильник не ловит ни одной сети?

В который раз за сегодня помянул северного пушного зверя и принялся мастерить из своего ремня на бедре бойца жгут.

– Мне крышка, – слабым голосом пожаловался мне бледный как смерть жандарм, – Прекрати возиться со мной, спасайся сам, спасай девочку…

– Тебя как звать? – резко перебил я.

– Кочанов. Сергей Кочанов…

– Прекращай истерики, Серый! – рявкнул в лицо ему и затянул жгут, – Прорвёмся!

Он заорал от боли.

Мобильная связь накрылась медным тазом. Неизвестно, когда появится и появится ли вообще, но рации жандармерии должны быть работоспособны.

Попытался воспользоваться их штатным средством связи, но на всех каналах царила тишина, разбавляемая треском статических помех.

– Связи нет после тумана, – слабым голосом пояснил Сергей, наблюдавший за моими манипуляциями, – Это война?

– Серёга, – посмотрел ему в глаза я, – Ты взрослый человек, жандарм. Какая война? С кем?

– Но туман был с каким-то запахом…

– Брось, боевая химия валит наповал. Да и не знаю я ни одной армии мира, чтобы напускали на неприятеля Годзил.

– Годзил? – удивился Кочанов.