S-T-I-K-S. Пройти через туман III

Но и этого тихого слова хватило, чтобы голый серокожий стероидный культурист оторвался от своей трапезы и завертел уродливой шишковатой башкой. Зрелище было жутким – в лапе он всё ещё сжимал окровавленную ногу своей несчастной жертвы, а морда… Да, именно морда. Лицом это назвать не повернулся бы язык у самого толерантного человека. Морда была изгваздана в человеческой крови.

Грузчик нырнул за парапет сам и голову Инги Александровны пригнул с такой силой, что та впечаталась скулой в грязный гудрон.

«Будет синяк» – отстранённо подумала про себя продавщица хот-догов, но желания возмущаться или хоть как-то протестовать против грубого обращения не возникло от слова совсем.

Напарник поднёс палец к губам, призывая её к молчанию, и плавным жестом указал на спуск с крыши, подразумевая, что пора возвращаться.

Они тихо отползли к выходу с крыши, но, скорей всего, это было не так нужно. Адский концерт на площади и прилегающих районах со стрельбой, пожарами, криками и сиренами жандармерии обеспечивал прекрасную звукомаскировку. Однако из головы не шёл тот людоед-здоровяк, насторожившийся из-за одного негромко оброненного слова. В полном молчании спустились на межэтажную площадку, когда Авдеич снова решился говорить, правда, шёпотом.

– Да… Дела…

– Тебя заклинило, что ли? – взорвалась Инга Александровна, но тоже не решилась повысить голос и тоже говорила шёпотом, – Что делать-то нам теперь?

– Не знаю, – признался обескураженный увиденным грузчик, – Перво-наперво вооружиться чем-нибудь, а потом забиться куда-нибудь и отсидеться, пока не приедут спасатели…

– Ты не понимаешь, да? Эти мутанты в Москве, кто нас спасёт?

– Думаешь, они повсюду? – скептически спросил собеседник, – Наполеон тоже в Москву вошёл или поляки…

– Тебе напомнить, что случилось тогда? – чуть не сорвалась на крик Инга Александровна, – Напомнить? Москва горела так, что огонь до неба!

– Да, – неожиданно спокойно согласился Авдеич, – Дела такие, что и ядрён – батон могут с самолётика нам на темечко уронить.

– Вот заладил! Дела, дела, дела… Давай думать! Жить очень хочется.