Прекрасна и опасна

Он видел все, что было написано на выразительном лице Элизабет: сначала голубые глаза округлились от любопытства, а потом красивые губы изогнулись в легком неодобрении…

Элизабет удивленно приподняла брови:

– Вот уж не думала, что поступаю подобным образом.

Роган нахально улыбнулся:

– Вы сидели и думали, что для человека, у которого только-только умер отец, я выгляжу не таким уж грустным.

Она думала именно об этом!

Возможно, Элизабет недооценила Рогана. Кроме того, она понятия не имела, почему отец с сыном поссорились лишь спустя несколько месяцев после смерти матери Рогана.

Ссора закончилась долгими годами отчуждения. Она знала только, что, скорее всего, Брэд был ужасным мужем и отцом.

Как ее собственный отец…

Кроме того, теперь, когда очаровательно любезный Брэд умер, слишком легко обвинить в напряженных отношениях насмешливого, невнимательного и небрежного Рогана.

– Итак, что же вы здесь делаете? – Темные глаза Рогана Салливана совершенно беспардонно уставились на нее.

Элизабет нахмурилась:

– Я ведь вам уже говорила, что меня пригласили сюда для того, чтобы внести книги из библиотеки вашего отца в единый каталог.

Он протянул:

– Ага, это вы говорили. Я другое имел в виду. Почему вы еще здесь, когда он умер?

Элизабет сокрушенно призналась:

– Я не понимала, что теперь делать. Ваш отец нанял меня пока на полтора месяца и… – Она тряхнула головой и повторила: – А теперь я не знаю, что делать…

Прозвучало не очень убедительно.

Точеные губы презрительно покривились.

– Занимаетесь большой переписью, да?

– Да, на время летнего отпуска. Вы именно это хотели сказать, мистер Салливан?

Он пожал плечами:

– Может быть, физическое перенапряжение и стало причиной сердечного приступа моего отца неделю назад?

Элизабет чуть не задохнулась:

– Вы… хотите сказать, что у меня с вашим отцом… могли быть… личные отношения?!

– Это вы сказали.

Роган специально дразнил ее. Эта женщина чертовски хороша, когда сердится!

Голубые глаза Элизабет потемнели, а на щеках запылал румянец, губы решительно сжались, подбородок вызывающе вздернулся.

С прической в виде остроконечных прядочек она сразу стала похожа на встопорщившегося ежика.

– Библиотека уже была здесь, – объяснил Роган, – когда двадцать лет назад мы переехали в Англию и отец купил этот дом. Но я не помню, чтобы мы когда-нибудь задумывались о каталоге, – нарочито раздраженным тоном объяснил он.