Брачная ночь с горцем

Как ему подходит!»

– Как скажете. Так вот…

– Не я так говорю. Так говорит наша королева.

– Ваша, но не моя! – фыркнула Саманта.

Спутники графа дружно ахнули, и даже сам лорд Торн выпустил ее локоть, явно удивленный такой дерзостью.

– Дорогая моя мисс Росс! – Поверенный сделал шаг вперед и продолжал приятным тенором, хотя говорил несколько в нос. – Так вот, мисс Росс, я знаю, что большую часть жизни вы прожили в Америке, а эта страна… гм… печально известна своим… э-э… неуважением к традициям. – Он украдкой взглянул на проходивших мимо пассажиров и заговорил тише: – Однако умоляю вас помнить: пока вы находитесь в пределах нашей империи, королева Виктория – действительно ваша королева.

Вы обязаны подчиняться ей, парламенту и назначенным ими должностным лицам. Вы – подданная короны, а декларация неповиновения со стороны подданного короны даже в наше время считается государственной изменой.

Саманта тяжко вздохнула. О черт! Всего две минуты, как сошла с поезда, и уже совершила государственное преступление!

А кто виноват? Разумеется, лорд Торн, он же Шип, он же Заноза-в-заднице!

До сих пор Саманта как-то не задумывалась о том, что переехала в другую страну.

Совсем другую. Без демократии. Без «Билля о правах». А об этом определенно не стоило забывать.

– Ясно. – Она небрежно пожала плечами, не желая объясняться или извиняться за свое поведение. – Я слышала еще, что вы здесь, в Англии, чрезвычайно гордитесь своими обычаями, традициями и особенно – соблюдением джентльменского кодекса поведения.

– Совершенно верно, мисс Росс, – дружелюбно кивнул поверенный.

– Так, может быть, удобнее, приличнее… и более сообразно с привычками джентльменов обсудить дела в вашей конторе или у меня дома? Вместо того чтобы устраивать мне засаду на станции.

Поверенный и банкир в смущении переглянулись, а лорд Торн снова одарил ее чарующей, но довольно-таки зловещей улыбкой.

– Бонни, мы ведь в Шотландии. Люди здесь – настоящие варвары… почти как американцы, чтобы вам было понятнее.

 – Торн невольно усмехнулся. Кажется, впервые за сегодняшний день он сказал правду.

– Что ж, тогда давайте начистоту, – заявила Саманта. – Еще мы, американцы, известны тем, что за свое держимся и без боя не отдаем!

– Не только свое – вы любители и чужое забирать силой, – пробормотал шотландец.

– Если мы начнем считать грехи наших держав… О, боюсь, счет будет не в вашу пользу.

Лицо графа осталось бесстрастным.