Герцог с татуировкой дракона

Круглые щеки и свежий цвет лица ее молодили, однако Вероника была права: недавняя резкая потеря веса обострила черты, и она выглядела на все свои тридцать три года. Лорелея казалась очень бледной и усталой.

– Выглядишь как богиня. – Вероника возложила на голову подруги сапфировую диадему Саутборнов, украсив прикрепленную к той фату искусными буфами.

– Я выгляжу как гиббон, – проворчала Лорелея.

Обычно горничная или швея подправляют туалет в последнюю минуту, но у Вероники был и настоящий талант, и любовь к моде.

– Возьмешь свою трость?

Лорелея помотала головой.

– Не сегодня.

С ее везением она заденет ею подол и разорвет платье прямо по пути к алтарю, или случится еще что-нибудь не менее унизительное.

Они поспешили – со всей быстротой, на какую Лорелея была вообще способна, – к карете.

Мортимер решил, что в качестве подружек невесте вполне достанет одной Вероники. Графиня сражалась с платьем, а Монкрифф оказался достаточно любезен, чтобы снять завесу входной двери Саутборн-Гроув.

Экипаж, видимо, принадлежал мистеру Гучу, поскольку был, по меньшей мере, вполовину выше и шире любой из карет Мортимера.

Над заливом, чреватые дождем, нависали приближавшиеся к устью реки Блэкуотер облака. Вдалеке на якоре стояли, покачиваясь на неспокойных волнах, несколько судов. Шлюпы, парусники и довольно большой, темный и непривычно многомачтовый силуэт. Изрыгающий пар чужак был этим берегам незнаком.

В такую погоду ее лодыжка болела, и, спускаясь по ступенькам к карете, она старалась ее щадить. Кучер был высок, облачен в черное пальто с поднятым воротником, защищающим от усиливающегося ветра, и правил четверкой бойких черных скакунов.

«Подходящий цвет», подумалось Лорелее, поскольку она чувствовал себя так, будто ехала на собственные похороны, а не на свадьбу.

Забравшись с Вероникой в экипаж, Лорелея всю дорогу боролась с удушливым чувством безотчетного страха. Каждое новое мгновение этого дня обещало быть ужаснее прежнего.

Начиная с шествия по длинному церковному проходу под руку с братом, единственно ради извращенного развлечения только и помышлявшим подтолкнуть ее так, чтобы она упала.