Как влюбиться в герцога за 10 дней

Две, если он не ошибся с подсчетами.

Пирс протянул руку, ожидая, что она с радостью и облегчением отдаст оружие в более опытные и привычные к нему руки. Как выяснилось, он слишком мало знал доктора археологии.

Она опустила руку с пистолетом, но ее палец остался на спусковом крючке.

– Я возражаю. – Он скосил глаза на бандита, свисавшего с седла. – Сейчас он вам ничего не сделает.

– И все равно я его понесу, – заявила Александра.

Пирс нахмурился.

– Вы хотя бы сумеете им воспользоваться, если возникнет необходимость?

Александра не отреагировала на колкость.

– Сумею. Я практиковалась на змеях в Александрии.

«Змеи в Александрии. – Фыркнув, Пирс отвернулся и повел коня к тропе. – Разумеется, как же я мог забыть!»

Некоторое время они шли молча, и слышался только шум волн, бьющихся внизу о скалы.

Александра тщательно поддерживала дистанцию, намного большую, чем того требовали приличия, и крепко сжимала в руке пистолет – за пределами его досягаемости.

Она нервно покосилась на своего спутника.

– Что было на бумаге, которую вы нашли?

Пирс полез в карман, достал записку и протянул ей. Она быстро пробежала ее глазами и вернула. Ее бледное лицо хранило непроницаемое выражение.

– Я не знаю значения этих слов.

Пирсу показалось, что она призналась в этом с большой неохотой.

– Это по-гэльски. «Рыжие волосы».

Он исподтишка наблюдал за ее реакцией. Ее лицо оставалось невозмутимым, даже спокойным. Но обмануть Пирса ей не удалось. Он почти всю свою жизнь провел с животными.

Даже если лицо ее не выражало страха, он таился в каждой напряженной линии ее тела. В расстоянии, которое она установила между ними. В ее постоянной настороженности, учащенном дыхании, слабой дрожи голоса.

– Вы можете предположить, кому понадобилось убить одну из вас? – поинтересовался он.

– А вы? – ответила она вопросом на вопрос.

– Нет, но я намерен это выяснить.

Свободной рукой Александра схватилась за свой галстук. Она дернула его, ослабив узел, и сделала несколько глубоких вздохов.

Несмотря на довольно прохладный ветер, несший отголоски ночной непогоды, на ее лбу выступила испарина. Она всеми силами старалась подавить тревогу, но пока не слишком успешно. В душе Пирса возникло странное чувство, нарушившее его спокойствие почти так же, как вид оружия в руках убийцы.

Желание было нелепым, даже смехотворным.