Мой беспощадный лорд

Правда, герцог и герцогиня были почти неразлучны после их поспешного венчания, так что совсем избежать встреч с чарующей мисс Тиг все же не представлялось возможным.

Рамзи шумно выдохнул и попытался сосредоточиться на ком-то другом, на чем угодно.

Ему следовало бы пожать руку дипломатам, посетившим Редмейн-касл, таким как, например, граф Армедиано, итальянский коммерсант и судовладелец, происхождение которого было окутано тайной. Или можно было бы обсудить завтрашнюю речь в палате лордов с лордом-канцлером, сэром Хьюбертом, а также поговорить о новом налогообложении с премьер-министром.

Да, Рамзи должен был оказывать влияние на тех, кто поможет ему добиться предельных успехов в карьере.

Однако же… он сейчас никак не мог встать. Проклятая похоть! Ох, все было бы намного проще, если бы не соблазнительная мисс Тиг.

– Мне очень жаль… – В ее голосе прозвучало вполне искреннее сочувствие, и Рамзи поневоле снова уставился на пышную красавицу.

– Прошу прощения, вы о чем? – Рамзи поерзал на стуле и попытался вспомнить достоинства и недостатки закона о сельскохозяйственной собственности, надеясь, что это хоть как-то его отвлечет.

– Мы говорили об отсутствии у вас увлечений. – Сесилия кокетливо улыбнулась. Ямочки на ее щеках сводили его с ума! – Милорд судья высокого суда, если вы так же внимательны, рассматривая всевозможные тяжбы… Знаете, мне искренне жаль тех, кто от вас зависит.

Как ни странно, но при этих словах собеседницы Рамзи ощутил приятное изумление, а вовсе не раздражение и гнев. Более того, беседа начинала ему нравиться.

– Вы должны простить меня, мисс Тиг. День был очень утомительный. Общение с отбросами нашего общества не проходит бесследно и нередко заставляет забыть о хороших манерах.

– Мне очень жаль, – повторила Сесилия, одарив собеседника исполненной симпатии улыбкой, и положила руки на колени. – Быть может, вы желаете поговорить об этом? Лично я обнаружила, что становится легко, когда выскажешь все, что у тебя на душе.

– Нет, не становится, – отрезал Рамзи.

Он вовсе не желал, чтобы сказанные им слова прозвучали так грубо и резко, но предмет его теперешнего беспокойства не был предназначен для бесед с прекрасным полом. Дело касалось исчезновения молодых леди. Совсем юных девушек. Подобное не редкость в таком крупном городе, как Лондон.