Мой беспощадный лорд

Без очков я слепа как крот.

Дженни убрала очки, а Сесилия продолжила чтение на этот раз без дополнительных напоминаний.

«…Сесилия, ты должна позаботиться о Фебе. Она твоя сестра во всех отношениях, кроме крови. Если закон найдет ее здесь, она окажется в серьезной опасности. Ты должна любой ценой уберечь Фебу от жестокого отца…»

Девушка раскрыла рот, собираясь спросить Дженни о Фебе, но тут послышалась жуткая какофония голосов: мужские, отдавали резкие приказания, женские протестовали и визжали.

Звучали тяжелые шаги, оглушительно хлопали двери. Сесилия почувствовала, что ее сердце пустилось в галоп, а руки предательски задрожали.

– Что мне делать? – жалобно спросила она, неожиданно почувствовав себя маленькой девочкой.

– То, что должна, – сказала Дженни таким тоном, словно речь шла о чем-то совершенно очевидном. – Делай все, что можешь. Даже если тебе придется предложить ему свою роскошную грудь. Ты меня слышишь? Теперь все зависит от тебя.

Онемев, Сесилия уставилась на свою грудь, прикрытую ярко-красным плащом, который явно указывал на то, что под ним скрывалось нечто более интересное, чем скромное дневное платье.

Когда она подняла голову, Дженни нахлобучила ей на макушку парик, и он был такой светлый, что казался серебристым. Парик добавил по меньшей мере полфута к ее и без того немалому росту, и его украшало такое количество красных бантиков и жемчужин, что любая рождественская елка засохла бы от зависти.

Расправив серебристые пряди на плечах девушки, Дженни наконец слегка расслабилась.

– В таком виде ты действительно похожа на Генриетту – одно лицо. – Она взяла с комода зеркало и поставила перед девушкой.

Взглянув на свое отражение, Сесилия в изумлении раскрыла рот. Сесилия, разумеется, не видела нижнюю часть своего тела, да и верхушка нелепого парика тоже оказалась вне поля зрения, но Сесилия действительно походила сейчас на женщину из прошлого века, наивную простушку при версальском дворе.

Ее скулы благодаря румянам казались выше, алые губы – полнее и соблазнительнее, кожа – белее, подведенные глаза – больше, а ресницы – гуще.

И Сесилия совершенно на себя не походила. Более того, она не могла сказать, нравился ли ей ее новый образ.

Снова раздался громкий стук, на этот раз – в дверь, ведущую в сад.

– Откройте! У нас есть ордер на обыск! – раздался мужской голос.