В объятиях герцога

– Нет, – наконец ответил Тренвит с решительностью человека, осознающего, что уже довольно пьян.

– В таком случае, может быть, вам еще что-нибудь нужно? – пролепетала Имоджен. – Я должна вернуться… к своим обязанностям.

– Я мешаю тебе работать и не плачу за потраченное время, – задумчиво промолвил герцог. – Наверное, именно поэтому твой хозяин сердито на тебя поглядывает?

– Вовсе нет, – поспешно промолвила Имоджен, стараясь успокоить клиента.

Дель Торо и правда угрожающе поглядывал на нее. Он боялся, что Имоджен оттолкнет герцога и вызовет его недовольство.

Работающие в заведении девушки должны были ублажать клиентов, исполнять все их прихоти.

Имоджен снова поразила сила Тренвита, когда он поднял ее на руки и усадил рядом с собой на скамью.

– Прости, – пробормотал он.

Встав, герцог нетвердой походкой направился к дель Торо. Имоджен удивило, что он еще держится на ногах. Тренвит выпил огромное количество шотландского виски, в котором, казалось, можно было бы утопить слона.

Разговор герцога и дель Торо длился целую вечность. В конце концов, они, видимо, к обоюдной радости достигли согласия. Тренвит заплатил и исчез за портьерой.

Это неприятно поразило Имоджен, она расстроилась. Однако ей некогда было наблюдать за происходящим. Встав, она направилась к буфету, намереваясь взять тряпку и начать уборку.

Однако на полпути Имоджен вынуждена была остановиться, дель Торо преградил ей дорогу. У девушки оборвалось сердце, когда она заметила мрачный огонек в глазах хозяина заведения.

Имоджен сразу поняла, что все это значит, и бросилась в атаку, не дав дель Торо раскрыть рта.

– Вы дали мне слово! – резким тоном заговорила она. – Вы обещали, что мне не придется…

– Это было до того, как мне заплатили двадцать фунтов, – заявил дель Торо.

– Двадцать фунтов? – У Имоджен подкосились колени, и она плюхнулась на стоявший рядом стул. – Вы, наверное, хотели сказать: два фунта…

Даже сумма в два фунта была баснословной для заведения «Голая киска».

Такие деньги платили за ночь богатые клиенты в Ковент-Гарден или у мадам Регины.

Почесав затылок, дель Торо показал Имоджен банкноту в двадцать фунтов, а затем надежно спрятал ее во внутренний карман.

– За двадцать фунтов я бы продал родную дочь, – заявил он без тени стыда. – Учти, что это составляет треть долга твоего папаши.

Имоджен невольно бросила взгляд на мужчин, игравших неподалеку в карты. Ими владела отчаянная надежда сорвать большой куш.